Книга Наследница Джасада, страница 169 – Сара Хашем

– Это и есть свобода, к которой ты так стремишься? –сказала Ханым.– Свобода – это невозможность дразнить глупого омалийского наследника. Свобода не в крике, не в силе и не в молчании. Свобода – это правда, на которую у тебя не хватает смелости.

— За наших чемпионов! Алкалла сделает из всех вас врагов, но вы должны помнить, что Авалины, которых вы чествуете в этих испытаниях, когда-то были семьей, и только работая рука об руку, они смогли спасти всех нас.

— За чемпионов! – раздались возгласы вокруг стола, и Тимур чокнулся со мной чашами.

Моя улыбка была натянута, как ветка под ногой, готовая сломаться в любой момент.

— Ваша султанша красноречивый оратор, – заметила я.

— О, ты бы слышала ее речь во время Сидайна. Ей достаточно указать пальцем, и толпа последует в указанном направлении.

Сидайн для лукубцев – это ежегодная перестройка ума, тела и крови. Три дня жители королевства постятся, при этом первый день проводят за занятиями, развивающими их интеллект, второй день посвящен физическим упражнениям, а последний кровопусканию. Пиявки, колючки и зубы животных высасывают из лукубцев дурную кровь, оставляя в их теле только чистую и ясную. Дурной кровью, конечно, считались любые следы магии.

Ха! Вероятно, Вайда приготовила бы бульон из голов младенцев, если бы ей сказали, что после этого ее королевство получит преимущество перед Низалом. Преимущество, разумеется, подразумевает под собой магию и готовность армии к войне. Одного из этих ингредиентов не хватало Джасаду.

Когда слуги внесли в зал дымящиеся кастрюли с супами, блюда, полные хлеба, масла, жареной утки и баранины, я на какое-то время забыла о своем гневе и стала наполнять свою тарелку до краев. К сожалению всех, кто сидел от чемпиона Омала на расстоянии брызг из его рта, парень не переставал сплетничать, даже жуя утку. Грустный и загорелый чемпион Омала напоминал мне рабочих на ферме Юлия. Сначала я забеспокоилась о том, что Феликс поручил ему причинить мне вред, но по ходу трапезы стало ясно, что я беспокоилась зря. Интеллект Мехти мог бы вместиться в наперсток Сэфы, и, ко всему прочему, я не смогла сдержаться, когда он в четвертый раз шлепнул по заднице проходящую мимо прислугу.

— Ты Мехти, да? – спросила я и демонстративно посмотрела на Вайду. – На твоем месте я была бы осторожна. Слышал, как султанша отняла руку у последнего мужчины, который тронул одну из ее дворцовых девушек без разрешения?

Мехти вытер рот рукавом и недоверчиво сдвинул густые брови.

— Это правда? – спросил он Тимура, который был просто образцом искренности.

— Еще какая. Не будь он дворянином – она отрубила бы ему голову.

От удивления Мехти выронил жирное утиное крылышко, которое со звоном ударилось о тарелку.

— Она отняла руку у аристократа?

Я поджала губы, подавляя смешок, и даже Диа прекратила жевать, чтобы послушать, о чем мы говорим.

— Прям по плечо, – подтвердил Тимур, для достоверности разломив морковку пополам.

— Разве женщины Лукуба не должны быть… – не в силах скрыть своего смятения, чемпион Омала махнул рукой в нерешительной попытке соблюсти приличия, – более авантюрными?

— Конечно, но у них есть право выбирать, с кем им отправляться в эту авантюру, – пожал плечами Тимур. – Просто надеюсь, что они не станут жаловаться на тебя Вайде, – добавил он напоследок и подмигнул мне, на что я искренне ему улыбнулась.