Книга Ловя отражение Луны, страница 51 – Гвендолин Доу

Остановившись перед входом во двор, предшествующий основному зданию тан ^[63], Бай Шанцюэ предупредительно посмотрел на своих учеников. Те сразу поняли немой приказ и выстроились в ряд за ним. Затем их процессия продолжила путь.

Даосов первыми повстречали слуги. Вступив во вторые ворота, Мо Ян увидел двор – с украшенными каменными горками и произрастающими в полутени цветами.

— Благородный даочжан ^[64], мы немедленно доложим господам, что вы прибыли! – поклонился один из слуг и поспешил в дом через проходной зал, обойдя мраморный пинфэн ^[65] перед входом.

Бай Шанцюэ кивнул слуге и решил ожидать приглашения во дворе. Он немедленно, конечно, обратил внимание на готовящиеся к цветению орхидеи в саду. Хоть уже наступили сумерки, благодаря свету во всем доме можно было различить очертания этих обитательниц усадьбы.

Даос удовлетворенно вздохнул и прочитал вслух несколько строчек из Ли Бая, восхваляющий душистый аромат орхидей.

Мо Ян, пользуясь темнотой, позволил себе закатить глаза.

Гостей пригласили в дом. Войдя, они сразу увидели сидящего на стуле с подставкой для ног главу семейства с белыми, как серебро, волосами и его престарелую супругу. Слуги поспешили помочь супругам подняться, и те поклонились прибывшим даосам.

— Приветствую главу дома Дай. – Бай Шанцюэ поклонился, сложив руки в уважительном жесте. Ученики сделали то же самое.

Из внутренних покоев в сопровождении молоденькой служанки вышла величавая темноглазая красавица – видимо, госпожа Ло Хуалу. На ее плечах была накидка из темно-серого шелка с вышитыми серебряной нитью бабочками, а в волосах виднелись серебряные цзи ^[66] с драгоценными камнями. Высокая прическа подчеркивала длинную шею женщины и красивый овал лица. Ее густо напудренное лицо старательно скрывало нервозность, но та сквозила в движениях, в беспокойных прикосновениях к кольцам на руке.

— Приветствую почтенных даосов, – поклонилась она. – Господину Дай нездоровилось весь день, и он сейчас отдыхает. Небеса, мы так вас ждали!

— Мы прибыли, госпожа, так скоро, как могли, получив ваше послание, – сказал Бай Шанцюэ. – Как видите, я взял с собой учеников, а они еще не готовы летать со скоростью ласточки.

— Молодые даочжаны, – довольно воскликнул старик Дай Цзетао, которого усадили обратно на бамбуковое сиденье, – как чудесно! К чему такая спешка, словно у нас что-то серьезное случилось? Сын мой просто недавно прибыл из столицы и утомился в пути.

— Ничего серьезного не случилось, верно, – добавила его жена-старушка, достопочтенная Дай Бию, и, засуетившись, стала говорить слугам: – Проверьте, готовы ли для уважаемых господ гостевые покои в восточном флигеле.

Слуги быстро откланялись. Господа и Бай Шанцюэ сели и стали обсуждать полнейшую безделицу: как прошел путь даосов и жаркую погоду в этот сезон.

Пока они говорили, Мо Ян разглядывал ширмы и вазы в зале, который явно старались выставить более роскошным, чем он был. Образы летящих птиц на ширмах никак не вязались с тяжелыми изображениями двора на картинах. С восточной стороны нашлось еще кое-что милое взгляду: аккуратный столик с коробочкой благовоний. Но в такой поздний час возжигание их дурно повлияло бы на сон. На западной стороне же были стулья из красного дерева со скамеечками для ног.