Книга Фурадор, страница 168 – Денис Бурмистров

Сопротивления не было. Слова Резонанса раздвинули грани реальности, чужая, поджидающая по ту сторону сила подчинилась воле экзорциста и потащила его вниз, над Долиной, к Лабиринту барона Фалько. Тот оказался сложным, тяжелым, темным, к тому же, поврежденным, с множеством осколков и проломов. Было непросто найти связующую нить, ею оказался странный запах, напоминающий розовую воду для омовений. Чем дальше заходил фурадор, тем теснее становились стены, тем больше ткань напоминала розовую человеческую кожу, исходящую парным молоком.

Свет барона нашелся здесь, он трепыхался в черной горячей норе будто слепой и злой хорек. Ему ничего не угрожало, разве что собственное творение, медленно смыкающееся над головой.

Максимилиан прыгнул обратно. Покачнулся, фокусируя зрение. Торопливо воткнул в куклу иглу, изгоняя темного проводника. Протяжно выдохнул, унимая огонь в спине.

— Какой интересный у вас метод проводить обряд, господин экзорцист, – Хорво смотрел на него с внимательным прищуром. – Что-то я не припомню обучение магии крови в святых орденах.

— Это новая школа, – хрипло ответил Максимилиан. – Ноирантская.

— А, тогда ладно, – было видно, что мужчина не поверил его словам, но развивать тему не стал. – Ну что? Как наш радушный хозяин?

— В нем нет паразита, – фурадор потер место укола на пальце. – Он просто безумен.

— Просто безумен, – тенью повторил Хорво. – Час от часу не легче. На него было столько ставок…

— У него остались наследники? Что теперь будет с замком? И с городом?

— В том-то всё и дело, – венефикарий с сожалением посмотрел на скалящего зубы барона. – Его родня менее склонна заигрывать с политикой и более радикальна во взглядах. С ними нам не договориться, город не отстоять. Так что…

Он похлопал ладонями, сбивая с них пыль.

— …чем быстрее мы отсюда уберемся, тем лучше.

— Прежде – демон, – напомнил Максимилиан, собирая свои пожитки.

— Демон, – с заметной досадой повторил Хорво. – Помнишь, в какую трубу нырнула мать-настоятельница?

— В третью по склону крыши.

— Правильно. Это каминная труба зала женского приюта. А еще и поясок этот… Что ж, пришло время туда наведаться. Ты готов? Тогда идем.

Он вышел один против шестерых – старый ветеран-кассариец, и преградил путь. Его клыкастая маска зловеще поблескивала в свете фонарей, сухие пальцы лежали на рукояти боевого топора.

— Мужчинам запрещено входить, – произнес он свою фразу. – Священный обет Свет Дающих.

Капитан Равс коснулся груди, сказал учтиво:

— Ильхан шан, гаштар!^[30] У нас нет желания кому-то навредить. Просить о помощи нас вынуждают обстоятельства. В твоем доме завелся дарншуг^[31], его нужно изгнать пока твои подопечные не погибли. Ты и сам это знаешь.

Кассариец не сдвинулся с места. Однако глухо ответил:

— Знаю. У меня приказ никого не впускать.

— Чей?

— Хозяйки Ра Вены.

— Госпожа Равена мертва, – подала голос декан Мелойра. – Самая старшая из послушниц теперь я. И я прошу… Хочешь – приказываю – пропустить этих людей внутрь.

Уродливая звериная маска воззрилась на нее, раздалось короткое:

— Нет.

— Разговоры тут не помогут, – покачал головой Хорво. – Кассарийские стражи самые упертые в мире. Даже если тут потоп начнется, он с места не сойдет.

— Знаю, – вздохнул Равс.

— Может, я одна зайду? – предложила пеатрикса.