Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 90 – Диана Фурсова

Ярина оглянулась на Мерравию.

Её не было у стола.

Два стражника стояли возле пустого места и спорили с гильдейским служителем. Бордовая мантия исчезла из круга так тихо, что никто не заметил момента, когда её владелица отошла.

— Где госпожа Дорн? — спросил верховный судья.

Старший стражник побледнел.

— Она предъявила распоряжение коронационного гардероба. Сказала, что до вступления решения в силу обязана лично передать главную мантию императорскому распорядителю.

Ярина повернулась к длинному белому футляру.

Его не было.

На каменном полу остались только четыре обломка сургуча и узкая серебряная нить, зацепившаяся за край подставки.

Тарвель оказался рядом прежде, чем кто-либо успел отдать приказ.

— Какой выход она использовала?

— Служебный проход в коронационные галереи, — ответил капитан. — Он открывается печатью главы гильдии.

— Печать должны были изъять.

— Решение ещё записывали.

Императорский распорядитель подбежал к столу с лицом человека, забывшего все церемониальные правила сразу.

— Главная коронационная мантия должна быть в Зале венца через час. Без неё церемонию нельзя начать.

— В ней есть седьмой стежок? — спросила Ярина.

— Она прошла проверку гильдии.

Никто в Ткацком зале больше не считал эти слова утешением.

На свидетельской раме ещё лежала часть мантии императрицы, сохранившая приказы Мерравии за семь лет. Главная коронационная мантия была создана той же мастерской, по тем же закрытым правилам и должна была коснуться императора в момент, когда весь Совет принесёт ему клятву.

Мерравия покинула зал вместе с ней.

До начала коронации оставался один час.

Первым за серебряной нитью, оставшейся на каменном полу, наклонился писец.

— Не трогайте, — остановила его Ярина.

Он замер, не успев коснуться обрывка. Нить лежала возле подставки, с которой исчез белый футляр, и на первый взгляд ничем не отличалась от отделки десятков церемониальных нарядов. Однако один конец был ровным, словно его отрезали, а второй заканчивался распустившейся петлёй.

Ивелла опустилась рядом, не касаясь находки.

— Это не часть шнура от печатей.

— Нет, — сказала Ярина. — Слишком тонкая и скручена в семь поворотов.

Рейса уже раскрывала папку с описями.

— Как у приказных нитей?

— Похоже.

Верховный судья велел всем отойти от подставки. Два независимых мастера перенесли нить на лист чистой бумаги деревянными щипцами. Под внешним серебристым слоем проступала тёмная сердцевина, такая же, как в образцах с супружеского плаща, воротника Тарвеля и мантии императрицы.

— Госпожа Дорн потеряла её случайно? — спросил капитан.

Ярина присмотрелась к распущенной петле.

— Не думаю.

— Почему?

— Петля не порвана. Её вытянули из цепного соединения.

Капитан ничего не понял, но Ивелла сразу подняла голову.

— Возвратная нить.

Ярина кивнула. В обычном ручном шве каждый стежок держался отдельно. Если один разрезать, распускался короткий участок. Цепное соединение строилось иначе: следующая петля удерживала предыдущую, и при правильно оставленном свободном конце можно было вытянуть длинную линию почти целиком.

— Для быстрой замены узора, — сказала Ивелла. — Или для удаления следов.

— Мерравия знала, что после проверки мантии императрицы осмотрят и главную, — ответила Ярина. — Она забрала футляр не только затем, чтобы надеть мантию на императора. Ей нужно спрятать свободный конец или закрепить его так, чтобы приказную нить уже нельзя было отделить от защитного рисунка без повреждения ткани.