Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 42 – Диана Фурсова

— Гильдия запрещает ставить рядом несколько знаков.

Ивелла достала правила.

— Гильдия запрещает использовать её знак без разрешения. О собственных клеймах независимых мастеров здесь ничего нет.

— Пока нет, — заметила Олина.

— Значит, будем работать, пока они не придумают новое правило, — сказала Ярина. — А когда придумают, потребуем объяснить, кому оно помогает.

Союз не оформляли торжественно. Никто не произносил клятв и не обещал вечной верности. Каждый подписал отдельное соглашение, указал возможности своего двора и взял только тот объём, который мог выполнить без срыва сроков.

Именно поэтому союз оказался прочнее красивых речей.

Показ доступной коллекции устроили прямо во внутреннем дворе. Овейна прислала несколько складных скамей, Олина привела знакомых заказчиц, а Рейса написала на новой доске: «Одна основа — разные рукава, воротники и отделка. Цена каждой детали указана отдельно».

Первой пришла торговка с соседней улицы, которая раньше читала все уведомления на двери. Она долго осматривала платье из серо-синей ткани, затем потребовала показать, как меняются рукава. Следом появились две служащие речного управления, учительница письма, жена владельца небольшой пекарни и молодая вдова, которой требовался приличный наряд для работы, но не хватало денег на несколько платьев.

Ярина не успевала снимать мерки. Ивелла проверяла посадку готовых основ, Рейса показывала крепления, а Олина записывала заказы. К концу дня продали две основы, пять пар рукавов, четыре воротника и почти всю сменную отделку.

Ни одна покупательница не была придворной дамой.

Именно это радовало Ярину больше всего.

Мастерская переставала зависеть от одного громкого заказа и одного благосклонного человека. Платье Овейны дало им имя, но сохранить дом могли вещи, которые покупали не ради императорского зала, а ради обычной жизни.

На следующий день пришёл служитель долговой палаты.

Он передал заверенную выписку, согласно которой первый взнос по обязательству мастерской был внесён полностью. Сумма превышала то, что Ярина успела отложить после заказов.

— Кто заплатил? — спросила она.

— В документе указано только, что платёж поступил через поручителя Совета.

— Имя поручителя.

— Сведения закрыты.

— Тогда я отказываюсь признавать платёж.

Служитель растерялся.

— Долг уменьшен. Обычно должники не возражают.

— Обычно им не пытаются навязать неизвестного благодетеля. До закрытия дневной книги платёж можно вернуть?

— Можно, но потребуется личное заявление и внесение той же суммы из ваших средств. Иначе обязательство снова станет просроченным.

Ярина пересчитала деньги. После продажи коллекции и нескольких задатков у неё почти хватало. Недостающую часть можно было получить, если Овейна заранее оплатит переделку зелёного платья, но сундук был опечатан и работа пока не начиналась.

Ивелла молча положила на стол кошель.

— Это часть старого жалованья, которое вы вернули вчера.

— Нет.

— Возьмите до вечера. Иначе неизвестный поручитель останется в книге.

Рейса добавила свои монеты.

— Я тоже получу обратно. Только запишите, чтобы потом никто не говорил, будто я подарила мастерской целое состояние.

Ярина хотела отказаться, но поняла, что гордость сейчас обернётся той же ошибкой, которую она осуждала в других. Ивелла и Рейса не предлагали милость. Они защищали своё место работы и требовали письменного возврата.