Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 118 – Диана Фурсова

— Тогда остановишь после измерения.

— То есть командовать можно.

— После доказательства.

Рейса прижала рейку к груди и осталась на улице.

Мастерская за год изменилась сильнее, чем вывеска.

Крыша больше не протекала. Разбитые окна заменили, но старые деревянные рамы сохранили и укрепили вместо того, чтобы ставить дорогие дворцовые. Три раскройных стола снова стояли в главном зале, а четвёртый изготовили Тирсены по чертежу Ярины: с выдвижными полками для карт, узкими ящиками для инструментов и разметкой вдоль края.

Возвращённые манекены заняли место у внутренней стены. Треснувшее основание одного из них так и не спрятали. Деревянная рама Тирсенов оставалась видимой, рядом стояли оба клейма и маленькая табличка: «Восстановлен вместо замены». За год заказчицы не раз просили сделать их наряды по тому же принципу — не скрывать починку, а превращать её в часть конструкции.

Старинную вывеску «Вейр и нить» укрепили и повесили над книгами прежних заказов. Под ней стояла первая долговая запись с двойной рамкой Рейсы. Рядом — судебное решение о снятии обременения с дома.

Однако главным изменением стала не новая мебель.

В бывшей комнате со сломанными рамами теперь работала открытая школа.

Дверь между помещениями сняли, чтобы уроки не превращались в тайные собрания. На стенах висели учебные основы, образцы швов и карты, подписанные именами создателей. За длинным столом сидели восемь учеников: дочь ткачихи, сын мастера застёжек, две девушки из небогатых городских семей, племянница придворного писца, помощница с речных складов и двое молодых людей из бывших гильдейских мастерских.

При поступлении их фамилии закрывали полосками бумаги. Проверяли, как человек видит направление ткани, умеет ли повторить простую форму, замечает ли ошибку и способен ли признать, что не знает ответа.

На первом испытании племянница писца заняла последнее место.

Дочь ткачихи — первое.

Через три месяца они работали за одним столом и спорили только о том, на каком расстоянии от края следует ставить внутреннюю метку.

— Марен, — сказала Ярина, остановившись возле ученика с тёмными кудрями, — почему эта деталь лежит поперёк основы?

Юноша посмотрел на бумажную карту, потом на ткань.

— Я решил, что так сэкономлю полосу.

— Сэкономишь. Что произойдёт после первой носки?

Он провёл пальцами по образцу.

— Край растянется.

— Значит?

— Перестрою расклад.

— Не весь. Сначала попробуй повернуть только две малые детали.

Рядом девушка в светлом переднике подняла руку.

— Я могу показать?

— Можешь задать вопрос, который поможет ему увидеть решение. Показывать будете после того, как он попробует сам.

Открытая школа не означала, что каждый ученик получал ответ при первой трудности. Она означала, что право задать вопрос не зависело от фамилии и стоимости одежды.

У дальней стены Оделла Фейн проводила занятие по церемониальной безопасности. Перед бывшей мастерицей гильдии лежали три одинаковых воротника. Один содержал безопасную нить, поддерживавшую форму, второй — незарегистрированную память голоса, третий был полностью обычным.

Ученики должны были определить различия по открытым картам, изнанке и поведению ткани на нейтральной раме.

Оделла больше не носила серебряный челнок. Её собственное клеймо — две пересекающиеся иглы — стояло на документах рядом с именами тех, кто проверял работу.