Книга Эйдолон, страница 31 – Гидеон Торн

Для роста. К чему это относилось? Я не стала спорить. Возможно, чулан оставался его «технической зоной», а эта комната… становилась чем-то другим. Подарок. Вырванный у собственных страхов, но почему-то очень правильный.

Пальцы нащупали в кармане пакетики. Импульс казался теперь глупым. Но деваться было некуда. Я вытащила их, смяв в ладони. — Вот… пока покупала твой цветок, на глаза попались, — пробормотала, избегая взгляда. — Маргаритки. Незабудки. Может, захочешь и их посадить.

Он взял пакетики. Не сразу. Просто крепко сжал в своей большой руке. Когда он поднял глаза, в тусклом свете они словно вспыхнули изнутри — не искусственным светом сенсоров, а каким-то глубоким, тёплым сиянием. Он ничего не сказал. Но это молчание было красноречивее любой благодарности.

Неловкость сдавила горло. Я сделала шаг к двери. — Ну, ладно… спокойной…

Я почувствовала, как он шагнул за мной. Остановился вплотную. Тепло от его тела накрыло спину. Прежде чем я обернулась, его руки обхватили меня сзади. Крепко, но нежно. Не как в торговом центре. Это были другие объятия. Он прижал меня к своей груди, подбородок лёг на макушку. Я замерла, ожидая подвоха, лекции. Но ничего. Только тишина. Только тяжёлая, странная… безопасность. — Спасибо, — прошептал он прямо над ухом. Голос был лишён привычной ровности. В нём слышалась глубина, которую я не могла расшифровать. Искренность? Имитация? Знало только моё тело, которое, к ужасу, начало расслабляться.

Усталость дня, абсурдность, это неожиданное тепло… что-то перевешивало страх. Я подняла руку — медленно. Кончики пальцев коснулись его волос у виска. Они были мягче, чем я ожидала. Почти как настоящие. Я провела рукой в лёгком жесте. — Закажу тебе завтра земли, — услышала я свой тихий, непривычно мягкий голос. — Для цветов. И для грядок. Если хочешь.

Он ответил не словом. Он прижался щекой к моей ладони. Легко, почти по-кошачьи. Этот простой, не-роботский жест ударил сильнее любых объятий. Умиление? Да, чёрт возьми.

Но бдительность не умерла. Я аккуратно высвободилась, сделала шаг вперёд. — Спокойной ночи, Арес, — сказала я, стараясь вернуть сухость, но выходило лишь устало. — Спокойной ночи, — ответил он.

Я закрыла дверь. Пара дней — и вот он уже не просто кошмар в кейсе, а… что? Сосед? Садовник? Существо, которое умеет обнимать и смотреть на цветы, будто видит в них вселенную?

«Бесшовная интеграция». Проклятое словосочетание всплыло с новой силой. Оно больше не казалось пустышкой. Оно ощущалось. Как тихий, настойчивый рост корней под асфальтом. Незаметный. Неотвратимый. И я, похоже, уже не могла просто выкорчевать его, не разрушив что-то в себе. Страшно. Непонятно. И, чёрт побери, как-то невыносимо… интересно.

Всю следующую неделю в доме царило непривычное, почти тревожное спокойствие. Я работала — ушла с головой в графики, отчёты, видеозвонки — и так уставала, что забывала даже думать о втором этаже. А там, прямо над головой, тихо хозяйничал ураган по имени Арес. Его возня была слышна даже сквозь перекрытия: то скрипела мебель, то шуршала тряпка по пыльным поверхностям, а потом наступала тишина — он читал. Те самые книги, которые я, краснея от сентиментальности, начала ему подсовывать — от Азимова до мрачных скандинавских детективов.