Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 47 – Виолетта Вейл

Рейнар посмотрел на Ветту с едва заметным уважением.

— Тогда подготовимся.

— К разговору?

— К дракону, который может потерять контроль.

Кайран приехал ближе к полудню.

Ветта узнала об этом не по крику стражи и не по звону колокольчика у ворот.

Она почувствовала.

Сначала в воздухе стало холоднее. Не резко — едва заметно, будто кто-то открыл окно в зиму. Потом Лиор поднял голову и тихо зарычал. Следом дрогнула золотая печать над входом.

Лечебница узнала ледяного дракона.

И напряглась.

Ветта стояла в приёмной. Марта поправляла на ней тёмное платье, простое, но чистое, с высоким воротом. Волосы Ветта заплела в тугую косу. Никаких украшений. Никаких знаков Морозных.

Только маленькая печать рода Вейл на тонком шнурке у пояса.

— Вы готовы? — спросила Марта.

— Нет.

— Хорошо. Значит, честно.

Рейнар стоял у окна.

— Он один.

Марта недоверчиво прищурилась.

— Совсем один?

— Насколько может быть один мужчина, который сам себе армия.

Ветта подошла к воротам.

Сердце билось слишком громко.

Она злилась на себя за это. Кайран не должен был иметь такой власти над её дыханием. Не после вчерашнего. Не после всех лет одиночества. Но тело жило по своим законам: помнило, ждало, боялось.

Золотая печать на воротах вспыхнула мягче, когда Ветта положила ладонь на дерево.

— Открыть? — спросил Рейнар.

Она медленно вдохнула.

— Нет. Сначала он попросит.

Снаружи послышались шаги.

Потом тишина.

Кайран стоял по ту сторону ворот.

Ветта почти видела его: высокий, прямой, с белыми волосами, которые треплет ветер. Ледяной князь, привыкший, что перед ним открываются любые двери.

Сегодня дверь молчала.

— Ветта, — произнёс он.

Не «леди Вейл». Не «жена». Не приказ.

Просто её имя.

Она закрыла глаза на один удар сердца.

Потом открыла.

— Зачем вы приехали, ваша светлость?

За воротами пауза.

— Поговорить.

— Говорите.

— Не через дверь.

Марта еле слышно хмыкнула.

Ветта почувствовала, как внутри поднимается горькая усмешка.

— Дверь между нами появилась не вчера.

Слова ушли наружу, усиленные стенами лечебницы.

Кайран молчал.

Потом тихо сказал:

— Я прошу разрешения войти.

В приёмной стало так тихо, что слышно было, как трескается полено в камине.

Марта медленно выдохнула.

Рейнар не сводил глаз с печати.

Ветта стояла неподвижно.

Вот оно.

Простые слова.

Те, которых она требовала не из мелочной гордости, а потому что с них начиналось всё новое: признание границы.

Он не имел права просто войти.

Теперь — не имел.

Ветта убрала ладонь с ворот.

— Лечебница впустит вас, если вы войдёте без силы.

— Я понял.

— Без приказов.

Пауза.

— Да.

— И без права требовать моего возвращения.

Эта пауза была длиннее.

— Я понял, — повторил Кайран.

Ветта кивнула Рейнару.

Тот коснулся посохом пола.

Печать над воротами раскрылась золотыми линиями. Створки медленно отворились.

Кайран стоял на пороге.

Ветта думала, что готова.

Не была.

Он выглядел иначе, чем в замке. Без свиты, без материнского взгляда за плечом, без холодного величия зала. Тёмный дорожный камзол, снег на плечах, усталость на лице. Его глаза сразу нашли её.

И что-то в них дрогнуло.

Ветта знала этот взгляд. Точнее, мечтала о нём когда-то. Так смотрят не на обязанность, не на ошибку, не на временную жену.

Так смотрят на потерю.

Поздно.

Она напомнила себе это сразу.