Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 49 – Виолетта Вейл

— Ветта.

— Нет. Давайте говорить честно. Меня не обвиняют в побеге. Меня обвиняют в том, что я сделала это без разрешения.

Он молчал.

— Разве нет?

— Да, — сказал Кайран.

Она не ожидала признания.

И от этого стало труднее злиться.

— Я не позволю им тронуть тебя, — добавил он.

Ветта посмотрела ему прямо в глаза.

— Почему?

Вопрос был простым.

Кайран ответил не сразу.

— Потому что ты моя жена.

Она почувствовала, как что-то внутри болезненно сжалось.

Марта тихо выдохнула сквозь зубы.

Рейнар отвернулся к окну, будто сдерживал едкий ответ.

А Ветта улыбнулась.

Печально.

— Вот видите. Вы всё ещё не понимаете.

Кайран нахмурился.

— Что именно?

— Я не хочу, чтобы меня защищали потому, что я ваша. Я хочу, чтобы меня не трогали потому, что я — человек.

Он застыл.

Ветта продолжила тише:

— Три года я была вашей женой. Этого оказалось недостаточно, чтобы меня уважали. Почему теперь это должно стать защитой?

Кайран побледнел.

Почти незаметно.

Но побледнел.

— Я не знал.

— Нет, знали.

Он поднял глаза.

— Не обо всём.

— О главном. Вы знали, что мне одиноко. Знали, что ваша мать не принимает меня. Знали, что двор смеётся за спиной. Знали, что я жду хотя бы слова. Вы просто решили не смотреть.

Она говорила спокойно.

И это было страшнее слёз.

Кайран смотрел на неё, и каждый её упрёк находил в памяти подтверждение.

Ветта за ужином, молчаливая, с опущенными глазами.

Ветта в галерее, когда дамы умолкали при её появлении.

Ветта в его кабинете с просьбой открыть южную библиотеку для детей слуг — просьбой, которую он отложил и забыл.

Ветта у окна.

Всегда у окна.

Всегда будто ждала.

— Прости, — сказал он.

Одно слово.

Тихое.

Неровное.

Ветта замерла.

Она ждала его три года.

И когда услышала наконец, оно не принесло облегчения. Только новую боль.

Потому что сердце, глупое сердце, всё равно дрогнуло.

— За что именно? — спросила она.

Кайран будто не понял.

— Что?

— За что вы просите прощения?

Он молчал.

Ветта кивнула.

— Вот об этом я и говорю. Вы знаете, что виноваты. Но ещё не знаете, в чём.

Рейнар едва заметно прикрыл глаза, будто признал точность удара.

Кайран долго смотрел на свои руки.

— Тогда скажи.

— Нет.

Он поднял взгляд.

— Почему?

— Потому что я три года пыталась объяснять молчанием. Вы не услышали. Теперь учитесь сами.

В приёмной стало очень тихо.

Даже Лиор перестал рычать.

Кайран медленно выдохнул.

— Я не умею просить.

— Это заметно.

— Но я пытаюсь.

— А я пытаюсь не возвращаться туда, где меня сломали.

Он вздрогнул сильнее, чем раньше.

— Я сломал тебя?

Ветта подумала.

Потом ответила честно:

— Нет. Вы почти сломали. Разница важна.

Марта отвернулась, быстро вытерев глаза.

Кайран заметил. И, возможно, впервые понял: боль Ветты видели все, кроме него.

Он достал из внутреннего кармана кольцо.

Ветта сразу узнала тонкий ободок белого золота.

Её рука невольно сжалась.

— Я нашёл его.

— Я оставила.

— Знаю.

Он положил кольцо на стол между ними.

— Я не прошу надеть.

— Хорошо.

— Я хотел вернуть.

Ветта посмотрела на кольцо.

Когда-то она мечтала, чтобы он заметил его на её руке. Чтобы однажды коснулся, задержал пальцы, сказал что-нибудь тёплое. Теперь кольцо лежало перед ней как вещь из чужой жизни.

— Оставьте себе, — сказала она. — Напоминание о том, что даже тихие женщины умеют уходить.