Книга Я подарю тебе новую жизнь, страница 40 – Юлия Резник

— Осторожно, — негромко заметил Олег.

Леся кивнула. Или только хотела кивнуть — как знать. Она вообще очень туго соображала. Ноги не слушались. Каждый шаг давался с усилием, будто Олеся шла не по утоптанной дорожке, а по вязкому, засасывающему ноги песку, каким тот обычно бывает после отлива. Она храбрилась, пыталась себя как-то подбадривать. Но теперь, когда Богдан был рядом — живой и относительно невредимый, держаться не получалось. Леся разваливалась на части от накатившего облегчения. Ее накрыло так, что ни выдохнуть ни вдохнуть.

Леся прижала ладонь к губам в отчаянной попытке удержать внутри это чувство, не дать ему прорваться наружу криком, но оно все равно расползалось по ней, растекалось, как теплый воск, размягчая и плавя кости.

— Я… — выдохнула она и замолчала. Стахович чуть крепче сжал ее руку, подстраиваясь под ее шаг. А Богдан припустил вперед — к дому, по которому, видно, соскучился. Но вдруг и он замедлился, оглянулся через плечо, зыркнул на их со Стаховичем переплетенные пальцы.

Леся поймала этот взгляд и вымученно улыбнулась. Господи, как же хорошо, а?! Спасибо!

Кое-как они все же дошли до дома, с веранды которого им навстречу рванула Ксюша!

— Богдан! — закричала она, налетая на того, точно как и сама Леся совсем недавно. Повисла у парня на шее.

— Ты… Ты где был?! Ты… — голос сорвался, она засмеялась, не выдерживая напряжения. — Я тебя убью, так и знай!

Но вместо этого Ксюша поцеловала Богдана в щеку. Быстро. Смущенно. Но так… по-настоящему, что Леся смутилась.

Даник дернулся, ответив на порыв Ксюши широкой нагловатой улыбкой, и так сильно сжал ту в своих ручищах, что девочка задушенно пискнула.

— Ну, ладно тебе, Ксюх, ты чего? Я же написал, что все ок… — пробормотал он ей в волосы.

— Ага, теть Лесь! Представляете?! Написал он. Попросил не приходить. Как будто я могла спокойно сидеть дома, когда тут такое!

Богдан только шире оскалился, пряча под этой улыбкой смущение. Схватил Ксюшу за руку и потащил за собой в дом. До Леси со Стаховичем донеслись их приглушенные шепотки. И вновь возмущенный голос девочки, которая явно не собиралась спускать Боде с рук его поступки. Правда, что конкретно она сказала, им было не расслышать — ветер унес голоса детей в сторону. А потом они скрылись в доме. Дверь качнулась и с легким скрипом захлопнулась. Живой искренний смех ребят проскользнул в щель и растворился в воздухе. Оставляя Лесю наедине с мыслями, что когда-то на их месте были они со Стаховичем. Двадцать лет прошло, а она так отчетливо помнила их первую встречу. Каждый его взгляд. Слово. И каждую паузу между ними.

Как же быстро пролетело время! Так быстро, что вот уже не они, а их сын… влюбляется, горит, совершает ошибки, взрослеет.

Тогда как они стареют…

Леся резко зажмурилась. Нет-нет, ничего такого в том не было. Колесо сансары крутилось… Все правильно. И почему-то… невыносимо.

Когда-то все было впереди. Любая дорога казалась возможной. Ты только иди вперед, а там в любой момент свернешь на другую, если поймешь, что эта тропка ведет тебя не туда. И вот половина этого пути пройдена, а куда идти дальше — вообще непонятно.

У Леси засосало под ложечкой от странного, щемящего чувства… утраты и благодарности. Если бы ей тогда, двадцать лет назад, сказали, чем все обернется… поверила бы она? О, вряд ли.