Книга В руках подонка, страница 31 – Виктория Вашингтон

Эти слова были моей фишкой. Я говорила их всегда, когда ощущала, что в груди распирает от теплых эмоций. Так как наши отношения сложились не сразу. И начались как раз с взаимной ненависти.

— Это тоже любовь, — ответил он. — Просто другой оттенок.

Эван замолчал на мгновение, но его голос снова ворвался в мою голову. Теперь он звучал мягче, осторожнее.

— Как он? — спросил он, и я сразу поняла, о ком он говорит.

Моё сердце дрогнуло.

— Спит, — коротко ответила я, надеясь, что этот ответ удовлетворит его.

Но Эван не собирался останавливаться.

— Дарин, — его голос стал чуть глубже, чуть ближе. — Ты понимаешь, что я хочу знать больше.

Я стиснула зубы. Это всегда было темой, которую я старалась обходить. Не потому, что он не имел права знать, а потому, что в этом была своя сложность.

— Эван, он ещё ребёнок. Ему даже двух нет. Обычно он спит и играется, — сказала я, пытаясь звучать спокойно.

— И именно поэтому я хочу быть рядом, — ответил он. Его слова прозвучали настолько искренне, что мне стало больно.

— Ты рядом, — выдавила я, хотя знала, что это не так. Не в той мере, в которой он хотел бы.

— Да, но, — продолжил он, и я почувствовала, как внутри всё сжимается от его настойчивости. — Ты же знаешь, что я стараюсь. Я хочу быть для него кем-то важным.

Я закрыла глаза, чувствуя, как этот разговор начинает тянуть из меня силы.

— Эван, он ещё слишком маленький, чтобы понять. Он привязан ко мне и к няне. Это нормально.

— А ко мне он привязан? — спросил он, и в его голосе прозвучала нотка чего-то, что я не могла игнорировать: боли, сомнения, желания.

— Он хорошо с тобой общается, — ответила я. — Ему нравится, когда ты приходишь.

— Но он не тянется ко мне, — перебил он. Его голос стал чуть громче, но не грубым, скорее… ранимым. — Я это вижу.

Я глубоко вдохнула, опираясь на край кухонной стойки.

— Эван, это не значит, что он тебя не любит. Это просто… он ещё слишком привязан ко мне. Я его мать.

— Я понимаю, — его голос стал тише, но от этого ещё тяжелее. — Я просто хочу быть частью его жизни. Не как кто-то посторонний, не как дядя, который иногда появляется. Я хочу, чтобы он знал, что я…

Он остановился, но мне не нужно было, чтобы он продолжал.

— Эван, — я тоже смягчила голос, чувствуя его боль. — Ты для него важен. И это займёт время, но ты найдёшь с ним связь. Просто дай ему немного больше времени.

— Времени? — он усмехнулся, но в этом не было ни капли веселья. — Мне кажется, он меня просто не принимает.

— Это не так, — твёрдо сказала я. — Ты ему нравишься, правда. Но ему пока проще с теми, кого он видит каждый день.

— А что мне делать, чтобы это изменить? — спросил он, и я почувствовала, как его голос становится более напряжённым. — Я не хочу быть для него чужим.

— Ты никогда не будешь чужим, — сказала я, стараясь успокоить его. — Ты уже делаешь всё правильно. Он привыкнет.

Эван замолчал, но я чувствовала, что он всё ещё борется со своими мыслями.

— Ладно, — наконец сказал он. — Но ты обещаешь… что я буду частью его жизни?

— Обещаю, — ответила я, искренне, потому что знала: Эван действительно этого заслуживает. И прикладывает все силы.

Просто Райан слишком настороженно относится обычно к людям, которых не видит ежедневно.

Не то, чтобы он их боится, но редко первый идет на контакт.