Книга Осколок рая, страница 153 – Крейг Дэвидсон

Интересно, если бы погибшие могли вернуться в прошлое – еще до того, как присоединились к общине преподобного Флешера и приехали в Маленький Рай, – согласились бы они на это? Неважно. Нейт знал, что было уже слишком поздно. Нельзя прожить жизнь заново. Человек не может запрыгнуть в машину времени Герберта Уэллса, перенестись в тот момент, когда принял плохое решение, и изменить его на хорошее. За каждое глупое решение нужно платить, и порой платишь не только ты сам.

Нейт осознавал это яснее, чем любое другое правило жизни: взрослые часто не понимают, что делают и к каким последствиям их действия могут привести. А что оставалось делать их детям, кроме как следовать за ними? Разве не в этом заключается роль ребенка – ходить за всеми по пятам и не шуметь? Разве взрослые, прожившие в два-три раза больше лет, не должны, соответственно, и знать больше? Как оказалось, ни черта подобного. Взрослые могут быть глупыми, когда дело доходит до того, чтобы принять решение и начать действовать. Когда дело пахнет жареным, как сказала бы мама. Она, кстати, по собственной глупости попала в тюрьму, когда Нейт больше всего в ней нуждался. Мальчик старался не обижаться на маму и не злиться на отца за его слабость, но именно ошибки родителей привели его сюда.

Впервые до него дошло, как трудно быть взрослым… Ко всем здешним ужасам внезапно добавился новый страх: страх перед взрослой жизнью.

Мальчик встал. Одноглазый мужчина захрапел и перевернулся на другой бок. Теперь у него появился второй глаз, пускай и стеклянный. Его рубашка была порвана, раны неуклюже заклеены скотчем. Чернокожий мужчина сидел, откинувшись на спинку стула. Нейт подумал, не разбудить ли его, чтобы тот дежурил, как пообещал, но мальчик побоялся получить пощечину за подобную дерзость – и передумал.

Нейт подошел к окну, осматривая комплекс, замерший в свете сторожевых фонарей. Его взгляд метнулся влево, впра…

Воздух вдруг стал колючим, обжигая легкие. Нейт попытался отойти от окна, но ноги не слушались.

Его старые друзья вернулись. Вчетвером, держась друг за друга, рука об руку. Их кожа была такой бледной, что казалась почти прозрачной. Неужели никто, кроме него, не мог их видеть?

Илай Рэтбоун на этот раз оказался в конце цепочки. Он не мог идти самостоятельно – остальные небрежно тащили его, как дети тащат за собой плюшевого мишку. Его тощее тело – несколько веток плавника, собранных в подобие ребенка – подскакивало на неровностях и ударялось о землю. Нейт мог видеть его тазовые кости. Раньше он не знал, как те выглядят: кости всегда были покрыты кожей и мясом. Правда, мальчик видел картонные скелеты, вывешенные в витринах на Хеллоуин. Так вот, сейчас Илай был очень на них похож.

Цепочка детей быстро приближалась и скоро оказалась у окна. Нейт попытался закричать, но губы словно смерзлись. Через все тело от макушки до ступней словно проходила проволока – и эта проволока натянулась, парализовав его.

«Уйдите! – Вот все, о чем он мог думать. – Умоляю: уйдите…»

Эльза была голой, как и остальные. Вот только Эльза… Нейт никогда не видел девочек без одежды. Мальчишек – да, многие пацаны не стесняются показываться перед другими нагишом. Но вот тела девочек оставались загадкой, которую Нейт еще не разгадал.