Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 336 – Эмбер Николь

Еще один.

— Я люблю тебя.

Я крепче обняла его, и он прижал меня к стене, практически вбивая в нее мое тело. С каждым разом по моей коже пробегала волна удовольствия, его грудь задевала мою. Я сгорала от желания и стонала, прижавшись к нему. Это было блаженство, чистое ослепляющее блаженство, и это было все, что мне было нужно. Хотелось. Я и не подозревала, как сильно он сдерживался. Та часть моего сознания, которая еще была способна мыслить, беспокоилась о фундаменте нашей спальни и этого крыла нашего дома.

Я закрыла глаза и прижалась к Самкиэлю, крепче обхватив его ногами и притягивая к себе, пока он не начал вырываться из моих объятий. Я все время видела этот проклятый клинок, их приближающиеся лица, а вместе с ними и разрушение моего будущего. Я никогда раньше не была так близка к поражению, никогда не боялась этого, но сегодня я была в ужасе. Это сильно напугало нас обоих. Теперь у меня была ненасытная потребность заявить свои права, оставить метку и взять то, что было нужно нам обоим.

— Акрай, я… – он тяжело дышал, и я чувствовала, как напрягаются мышцы его бедер. Я знала, что он близко.

— Я тоже. Я тоже.

Удовольствие нарастало внизу живота, пока он стонал, шепча мне на ухо непристойности. Я выгнула спину, и раскаленная добела волна удовольствия пронзила меня насквозь, когда я взорвалась миллионом осколков. Он сжимал мои ягодицы, пока я не увидела звезды. Затем приник ко мне всем телом, прижимая меня к стене, когда мы оторвались друг от друга и снова сплелись воедино. Воцарилась тишина, дождь барабанил в окно, а нашу комнату озарил яркий свет.

Эмоции выплеснулись на поверхность, и на этот раз, когда мое тело затряслось, это было не от удовольствия. Не спрашивая, Самкиэль крепче обнял меня, я уткнулась лицом ему в шею и заплакала. С другими я могла притворяться, что меня ничто не трогает, что я защищена шипами, клыками и когтями, но от него мне было не скрыться.

— Холодно, – пожаловалась я.

Самкиэль лежал у меня за спиной, наполовину накрыв меня своим массивным телом, вдавливая в кровать. Мне это было нужно, мне было нужно, чтобы он был так близко. Казалось, он всегда знал, что чего я хочу. Я обхватила его руку своей и притянула к себе, положив ее под подбородок.

— Наверное, я перепутал времена года. Обычно к ночи становится терпимо, – сказал он, и его дыхание защекотало мою спину.

— Хм. – Я почувствовала, как поднимается и опускается его грудь. – Прости, что набросилась на тебя, как только ты вошел, – сказала я, и это было правдой. Я вышла из душа, как только услышала, что дверь в нашу спальню открылась. Мне не хотелось оставаться одной. Я прыгнула в его объятия еще до того, как дверь полностью закрылась, и прижалась губами к его губам.

— Никогда за это не извиняйся, – он довольно хмыкнул, когда мы легли, завернувшись в одеяло. – Я буду рад этому, даже когда стану старым и немощным.

Я медленно провела большим пальцем по тыльной стороне его ладони.

— Ты станешь старым и немощным даже несмотря на то, что к тебе вернулись силы?

Он глубоко вдохнул, и мышцы на его груди и животе дрогнули у меня за спиной.

— Со временем. Все боги стареют. Мое истинное бессмертие было связано с мирами, помнишь?

— Еще бы. – Я выглянула в окно. В небе больше не плясали отблески его силы, только надвигалась гроза, а дождь продолжал идти. – Ты расколол небо, когда к тебе вернулись силы?