Книга Мертвые земли Эдеса, страница 80 – Софья Шиманская

Брат кашлянул, привлекая внимание Луция. Он наконец закончил читать его отчет.

— Блестяще. Отличная работа, но с этим, – Публий двумя пальцами потряс листами с речью, которую Луций подготовил в порыве энтузиазма, – я справлюсь сам.

— Я не сомневался в тебе, просто увлекся. – Луций забрал листки. Он не слишком рассчитывал на то, что брат использует его слова, но ожидал большего внимания. – А что с ней не так?

— Ты перебарщиваешь с паническими настроениями, – на усталом лице Публия появилась относительно живая ухмылка, что было редкостью, – от такой речи Сенат примет решение бежать на юг. Нам же нужно побудить их двигаться в наступление на север. Ты совершенно неверно расставил акценты, как будто сам не понимаешь, зачем мы это делаем.

Луций промолчал. Он правда не понимал.

Публий некоторое время изучал его лицо, наклонив голову набок, и вдруг поднялся.

— Пожалуй, я поступил не совсем верно, оставив тебя работать с отчетами. – Он обошел стол и положил руку Луцию на плечо. – Мне стоило чуть больше посвящать тебя в курс дела. Прости, у меня не хватает на все времени. Будет лучше, если ты увидишь все собственными глазами. Сегодня отправляешься со мной.

— Куда?

— На Рубеж, – Публий подошел к столу, собрал документы и не глядя передал их оторопевшему Луцию, – я покажу отчет командующему, обсудим его выступление.

— Прямо сейчас?

— А у тебя есть более важные дела?

Луций рассеянно посмотрел на кипу в своих руках. Он, конечно, хотел держаться подальше от дома сегодня, но не настолько же далеко. Луций никогда не видел Рубеж, никогда не хотел его видеть. Он вспомнил лицо Орхо после того, как тот искал его весь день. Вчера тот носился по городу в поисках Луция. Станет ли сегодня? Вряд ли.

— Нет, – с легкой горечью отозвался он.

— Вот и прекрасно.

Пальцы Публия уже рисовали в воздухе печать. Ее орнамент был графичным, четким и до наклона повторял узор из книг.

— Ты владеешь Печатью Перемещения?

— Разумеется, – сухо ответил Публий, – я планирую занять место Тита, а не Сикста Сивиллы. Консул должен быть там, где происходит политика, и не тратить на это три недели пути.

На мгновение Луция кольнуло подозрение. Он вгляделся в благородный профиль двоюродного брата. Публий был очень похож на Тиберия – высокий и осанистый, с такими же кварцево-серыми глазами, тонким носом с выраженной горбинкой и чуть опущенными уголками губ. Сложно было представить себе этого человека снующим по чужим домам и крадущим людей из собственных постелей. И потом, Публий Авитус был слишком важной фигурой в планах Тита Корвина. Он бы не стал рисковать репутацией своего преемника и доверенного лица ради такого. С другой стороны, собственным братом он рисковал.

— Не так много людей владеет этой техникой.

— И это печально. В вопросах управления важна скорость. Впрочем, можно считать это своеобразной формой отсева бесталанных кандидатов, – Публий протянул руку, и Луций послушно взялся за его прохладную сухую ладонь, – la vojo de mil paŝoj komenciĝas per la sama, lasu ĝin finiĝi kiam vi paŝas en la malplenon en la sandaloj de la dioj.

* * *

Луций согнулся, стиснув пальцы брата мертвой хваткой.

За долю мгновения он увидел Вселенную. Рассыпался на мириады золотистых пылинок, слился с равнодушным чужеродным потоком, а потом его вырвало из него, стиснуло, слепило обратно в тело, которое теперь казалось чужим и нелепым. Восхитительное ощущение, которое ему больше никогда не хотелось переживать.