Книга Мертвые земли Эдеса, страница 163 – Софья Шиманская

— Тут хорошо! Звонко! – крикнула она, и ее лошадь вырвалась вперед, уносясь вдоль тракта.

— Коня не загони! – послышался за спиной голос Терция. – Пешком пойдешь.

Луций замедлился.

Когда город скрылся за кромкой леса, они перешли на рысь. До границы с Мильвией дорога была простой, скачи да не сворачивай. Тонкий серп убывающего месяца едва пробивался из-за облаков, и казалось, что они едут через густую серую пустоту. Луций ориентировался на звуки и запахи. Жесткий стук копыт говорил о том, что лошади исправно движутся по тракту. Бескрайние поля пахли мокрым сеном и по-осеннему влажной землей. Иногда ветер врывался в кроны деревьев, шуршал сухой листвой, сообщая о том, что они проезжают мимо садов или виноградников. Где-то за ними спали деревни. Каждая миля земель к востоку от Эдеса была окультурена и полезна. Луций мог предсказать, каким будет ландшафт, на много миль вперед и потому предавался размышлениям. Осторожно, словно боясь обжечься о собственные мысли. Его горизонт планирования заканчивался там, где он раскроет загадку Корвинов. Все сосредоточилось в этой точке, а дальше…

«Твоего бешеного пса уже убили, Эдера». Мог ли Марк солгать? Конечно, мог. Но что будет, если Луций дерзнет предположить лучшее, а оно не случится? Будущее растает, обратится прахом. Луций гнал коня вперед и позволял ветру выбить из головы эту робость. Вместо этого он представлял себе, с чем они могут столкнуться в Мильвии. Просчитывал риски.

— Малой, – Терций приблизился к нему сзади, – лошадям нужен отдых. Шесть часов в седле. И людям пожрать не помешает.

— Шесть? – Луций обернулся. Лица Терция он не видел, только размытый силуэт. – Доберемся до мильвийского леса и найдем что-нибудь.

— Найдем что-нибудь? – Голос гладиатора показался Луцию настороженным. – А баба твоя разве не еду везет?

— То, что она везет, есть не стоит. – Луций покосился на Раду и два мешка, притороченных к ее лошади. Он видел, чем она их заполняла, и места для еды там точно не хватило бы. – Ну зайца там или утку подстрелим.

Звук, с которым Терций хлопнул себя по лбу, был красноречивее любых слов.

— Зайца? Утку? Ты собрался в ночи бегать за ними по лесу? А чем стрелять будешь? Глазками своими? Или думаешь, зайцы в лесу на деревьях растут? По соседству со шлюхами, которые сосут за спасибо? Вот скажи мне честно, тебя на голову роняли или вы рождаетесь такими в своих кварталах?

Луций открыл было рот, чтобы ответить, но сказать было нечего. Он взял с собой запас рабской одежды для маскировки. Приготовил два десятка камней с заклинаниями на случай боя. Не забыл пергамент, чтобы переписать документы, если потребуется. Два манускрипта, веревку, крючья, чтобы перебираться через стену, кинжалы. Все продумал.

И ни на мгновение мысль о еде не посетила его голову.

— Я… – начал было он, но отмахнулся и вздохнул, – ладно, не сдерживайся. Я дурак. Я не подумал о еде.

— Не буду. У меня-то бобы есть. Оголодаешь, продам их тебе за сотню монет, может, и умом разживешься.

— Я попрошу для нас зайцев, – вклинилась в разговор Рада, – лес – доброе место, не жадное.

— Вы родственники? – Ехидство Терция было физически ощутимым. – Батя твой нагулял? Или ты просто под стать себе девку нашел, чтоб крыша текла?

— Ой, заткнись уже, – проворчал Луций, – узнай лучше у Тумура, где сворачивать в лес.