Книга Кровь Тала, страница 62 – Софья Шиманская

Пятый удовлетворился образами, которые всплыли в голове Луция. Распирающий грудь сумбур ослаб. Луций поморщился и кисло взглянул на Орхо.

— Так всегда будет?

— Частенько.

— Мерзость. Поехали.

Луций нетерпеливо сжал колени. Терн сорвался с места. Жажда схлынула, но оставила после себя масляную пленку раздражения, которое готово было вспыхнуть от малейшей искры. Его хотелось сбить хлещущим по щекам ветром. Прижимаясь к шее коня, Луций закрыл глаза. Терн двигался удивительно плавно, как будто не скакал, а плыл по волнам. Снег гасил удары копыт о землю. Гул в ушах и ритм скачки словно гипнотизировали, усыпляли Пятого, усмиряя его голодное до впечатлений буйство.

Это помогало. Занимало настолько, что Луций даже забыл о том, что наездник из него все еще был дерьмовый. Стоило ему чуть прийти в себя и вспомнить, что под ним зверюга весом в пару тысяч фунтов и несется она по полю, не разбирая дороги, как Луций растерялся и опасно качнулся в седле. Он уцепился за длинные рога и потянул голову коня на себя. Терн возмущенно заржал и остановился так резко, что Эдера едва не вылетел из седла. Он испуганно стиснул коленями бока коня. Чешуя скрипнула.

Орхо успел перехватить узду, когда Терн уже намеревался встать на дыбы. К такому кульбиту Луций точно был не готов.

— Я уж понадеялся, что ты научился держаться в седле, пока меня не было, – рассмеялся он, объезжая Луция кругом. Остановившись, он погладил морду коня и похлопал его по шее: – Ну-ну, не обижайся, Ежевичка, он не со зла.

— Терн, – механически поправил Луций, пытаясь обнаружить в собственном теле центр тяжести и снова уместиться в седле, – его зовут Терн.

— Терн, – повторил Орхо, обращаясь к коню, – постарайся не прикончить этого балбеса, он мне еще нужен. – Подняв взгляд, он подмигнул Луцию: – Не отставай.

Он повернул свою лошадь и коротким толчком бедер отправил ее в галоп. Луций проводил взглядом удаляющуюся фигуру Орхо. Черная шевелюра металась на ветру, блестящие полы зеленого халата хлопали кобылу по бокам. Выпендрежник.

Виновато погладив коня, Луций послал его вперед. Терн был своенравным, но договороспособным парнем. Он охотно слушался всадника, пока тот не вцеплялся в него, как одуревший хорек. Постепенно смелея, Луций мчался по долине. Снег, который выпал из-за него, остался позади. Черные и белые колосья призрачного ковыля на ветру смешивались в танце, скользили в воздухе, точно дым.

На пути от лагеря до Рубежа они не встретили ни одного поселения. Периодически Луций видел вдалеке развалины мельниц и почерневших домишек. Они мирно истлевали, оставленные жителями, которые перебрались севернее, подальше от истощенных войной земель. Попадались и остовы старых аванпостов Республики – обугленные и заваленные камнями.

Луций потерял счет времени. Погрузившись в рассеянные мысли, он позволил Терну следовать за Орхо самостоятельно. Когда тот вдруг замедлился и принялся кружить на одном месте, взволнованно взбрыкивая, Луций поднял голову. Орхо возвращался к нему. На немой вопрос Луция он махнул рукой в сторону заросшего деревьями оврага.

— Там кто-то из моих людей, – хмуро объяснил он. – Отправил сигнал, что нужна помощь.

— Это может быть засада?

— Не думаю, – развернув кобылу, Орхо направился к оврагу, – но будь начеку.