Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 21 – Александр Галиновский

— Итак? – вновь спросил лавочник.– Показывай, что там у тебя.

Спитамен чувствовал, как торговец сверлит его взглядом, слышал, как тот принюхивается. Лавочник даже перегнулся к нему через стол, и свет блеснул на стеклах его темных очков. Ноздри на покрытом пятнами лице затрепетали, язык выскользнул изо рта, прошелся по губам.

Спитамен сунул руку в карман и коснулся сферы.

Ему страшно хотелось кека. Пальцы уже начали мелко дрожать, и он знал, что скоро эта дрожь перейдет на все тело. Кожа начнет неметь, а суставы нальются свинцом и будут гореть, словно в них загнали раскаленные гвозди.

Затем станет хуже: зрение и слух начнут выкидывать странные вещи вроде образов, мелькающих где-то на периферии зрения, и голосов, которые будут нашептывать страшные и преступные вещи. Все это он переживал, и не раз. Кроме того, он видел, что случалось с людьми, которые так и не получали желанной порции наркотика. До сих пор иногда во снах ему являлись их перекошенные, безумные лица.

Наверняка на деньги, вырученные от продажи сферы, он мог бы купить порцию белой смолы. А может, и не одну. Однако в тот момент, когда его дрожащие пальцы коснулись предмета в кармане… Спитамен вдруг передумал его продавать.

— Ну-ка покажи, что там у тебя! – сказал лавочник, приподнимаясь над столом. Его лысая голова, на которую упал блик света, неизвестно как затерявшийся в полумраке лавки, была похожа на поверхность гнилого яблока.– Немедленно.

Спитамен не мог сказать, что вызвало перемену в настроении продавца, однако дело принимало скверный оборот.

— Воришка,– произнес тот.– Иди-ка сюда!

Спитамен отступил на шаг. Ему захотелось бежать. Он развернулся и шагнул к двери. В этот момент торговец ринулся к нему из-за стола. Двигался он на удивление быстро, куда проворнее всех, кого Спитамен знал.

Когда лавочник метнулся от прилавка к двери, опережая Спитамена, тому показалось, что он переместился прямо в воздухе, словно ярмарочный артист, у которого из-за спины тянется пара канатов.

Спитамен едва избежал столкновения. Уклонившись, он развернулся и бросился в обратном направлении, – к счастью, эта часть лавки была не сильно загружена.

Впереди он увидел дверь и нырнул в нее, не думая, что ждет его с той стороны. Спитамен увидел уходящие вниз ступени, часть из которых тонула во мраке. Пришлось спускаться. Инстинктивным желанием было зажмурить глаза и заткнуть нос, как он сделал недавно, окунаясь в зловонную воду канала.

Спитамен не мог сказать, что вывело лавочника из себя. Возможно, сам того не зная, он сделал что-то, чего не должен был. Половина из тех, кого в итоге вылавливали из канала, оказывались не в то время и не в том месте. Возможно, лавочник принял его за кого-то другого? Кто знает, кого он увидел сквозь темные стекла своих очков?

Торговец позади хрипел и сыпал проклятиями. А вместо топота, который должен был разноситься на всю лавку, слышалось лишь тонкое цоканье… Как будто некая обладательница длинных ногтей постукивала ими по дереву, а затем изо всех сил принялась скрести.

Спитамен преодолел десяток ступеней, когда его накрыла тень. Оглянувшись, он увидел вверху лестницы лавочника.

Был различим лишь его силуэт, но и этого оказалось достаточно, чтобы понять: что-то не так с его ногами.