Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 192 – Александр Галиновский

Тело человека перед ними продолжало извиваться. Культи, оставшиеся от рук и ног, вытянулись в стороны, разбрасывая фрагменты желеобразной плоти.

Дагал и сам почувствовал, как внутри содрогается Ош, в один момент превратившийся в сгусток яда, утыканный иглами и крючками.

А затем все прекратилось. Тело несчастного обмякло и, содрогнувшись в последний раз, рухнуло. То, что от него осталось, растекалось вокруг. Дагал смотрел на обрывки кокона, на частично переваренную плоть…

Охватившее всех смятение было настолько сильным, что Дагал едва не пропустил посторонний звук, раздавшийся из-за двери неподалеку.

Судя по всему, эта дверь вела в соседнюю комнату или в погреб. Дерево двери было грязным там, где его наиболее часто касалась чья-то рука. Кроме того, Дагал рассмотрел несколько свежих вмятин и трещину – как будто совсем недавние.

Тот самый солдат-выскочка первым заметил, что Дагал прислушивается. Как и любой из тех, кого заботило продвижение по службе, он привык реагировать на малейшие изменения в настроении начальства.

В стражи шли в основном представители городской бедноты – третьи и пятые сыновья городских ремесленников, которым не нашлось места в семейном предприятии. В будущем единицы могли дослужиться до «полудесятника» или десятника. Это означало, что они сами получат в распоряжение от пяти до десяти солдат. Подняться по армейской лестнице выше было практически невозможно. И все же… десятник! Дагал так и видел, как этот парень мечтает о чем-то подобном. Все в его движениях, мимике, дыхании говорило о стремлении выделиться, быть замеченным. Такие люди часто бывают полезны. Они так стараются угодить!

Из-за двери послышался грохот. Теперь уже не только Дагал с его обостренным слухом и внимательный выскочка знали, что за дверью кто-то есть. Стволы винтовок медленно поднялись и замерли в горизонтальном положении. Тишина вокруг стала абсолютной, словно на лавку с ее необычным содержимым набросили плотную материю.

И в этой оглушающей, неестественной тишине Дагал различил новый звук: чьи-то шаги, а следом – доносящийся с обратной стороны двери скрежет. Как будто кто-то водил ногтями по дереву, но оно не поддавалось.

В этом помещении было гораздо светлее, чем в катакомбах. Спустя мгновение Телобан понял, что источником света служит крохотное окно под самым потолком. Скорее всего, он находился в подвале дома, а окно было расположено на уровне земли. Но главное – впереди была лестница, ведущая наверх. Она оканчивалась старой растрескавшейся дверью, из-за которой пробивался свет.

Телобан стал подниматься по лестнице, надеясь, что наверху сумеет слегка отдышаться и высушить промокшую одежду…

Шум они услышали практически одновременно.

А затем дверь распахнулась, и из дверного проема вывалился человек в мокрой одежде.

Дагал успел заметить его округлившиеся глаза и открытый в немом вопросе рот.

Он так и не понял, кто стрелял первым. Раздался один выстрел, другой. После этого было уже не важно, кто нажал на спусковой крючок раньше остальных. Палили все. Наверняка солдаты решили, что ворвавшийся в комнату человек и есть убийца. И без того тесную комнатушку заволокло пороховым дымом.

Дагал ощутил запах крови. Он проникал в его легкие, раскрываясь подобному цветочному бутону. Или это Ош у него внутри наконец ослабил хватку, прекратив цепляться за плоть своими колючками?