Книга Однажды я стала принцессой. Книга 3, страница 199 – Плутос

— О, неужели?

— Но я не буду грустить, если так ее и не увижу. И это правда.

Клод стиснул зубы, услышав невинные слова девочки.

— Ведь у меня есть папа.

…Ему показалось, что он задыхается, будто бы его бросили в толщу воды.

Через некоторое время Клод открыл глаза и увидел девочку, несколько минут назад так нагло дергавшую его за волосы. Ее маленькое тело лежало среди мягких подушек.

Девочка, которая только что творила странные вещи, даже не подозревала, что он не спит. Теперь сама безмятежно спала, совершенно не обращая внимания на окружающий мир.

Она лежала на боку, свернувшись калачиком, и ему почему-то хотелось ее пожалеть. В тихой комнате слышалось лишь ее тихое равномерное дыхание. Во сне и без того маленький ребенок казался совершенно крохотным.

Клод медленно поднял руку.

— М-м-м…

Как только его рука коснулась ее лба, девочка нахмурилась и тихонько замычала. Возможно, ей не понравилось внезапное прохладное прикосновение. Пальцы Клода были холодными, а девочка – теплой.

Клод молча рассматривал спящего ребенка.

«Ведь у Ати есть папа».

Он неожиданно вспомнил ее слова.

Отец… У него не было ни малейшего желания становиться им. Но Диана ушла, оставив после себя эту жизнь.

— Ваше величество, я могу отодвинуть занавеску?

Тут из-за полога кровати послышался голос Феликса.

— Нет, – коротко ответил Клод, не убирая руки со лба девочки.

Рыцарь продолжил говорить с ним из-за занавески.

— Принцесса спит?

— Доволен, что все сложилось так, как ты хотел?

К этому времени девочка должна уже была видеть Диану во сне. Феликс никак не отреагировал на резкие слова Клода. Судя по тени на занавеске, он лишь тихонько вздохнул.

В наступившей тишине Клод вновь принялся рассматривать спавшую девочку. И вдруг выражение ее лица изменилось.

— …Она улыбается.

Будто услышав его непроизвольное бормотание, Феликс воодушевленно продолжил:

— Похоже, ее высочеству принцессе снится хороший сон.

Тут Клод вздрогнул. Ему стало не по себе, и он ответил нейтральным тоном:

— Неудивительно. Она столько раз спела песню, которая, по ее словам, отгоняет плохие сны.

— Да. Фея, которая слышала голос принцессы, должно быть, подарила ей хороший сон.

— Ты в последнее время слишком много болтаешь.

— Хо-хо.

Клоду совершенно не понравился смех, раздавшийся из-за занавески, словно рыцарь все знал.

— М-м-м…

В этот момент девочка начала ворочаться, словно собиралась проснуться. Клод немного понаблюдал за ней, затем поднял руку и нежно погладил ее по голове.

— Раздражает. Спи.

Комнату снова наполнило размеренное дыхание, словно она его услышала. С губ самого Клода тоже сорвался тихий вздох.

Серьезно. Как же глупо.

Диана умерла, оставив ему лишь этого ребенка.

Девочка слепо следовала за ним, жестоким человеком, который никогда не проявлял к ней ни капли тепла, и называла его папой.

И он разрывался между ненавистью и любовью…

Какие же они все глупые.

Но даже с такими мыслями в голове, любой кто увидел бы Клода в этот момент, не сильно бы удивился: он смотрел на спящую Атанасию с нежностью.

Вскоре лба девочки вновь коснулась легкая рука.

Они этого не осознавали, но сейчас выглядели как настоящие отец и дочь.

* * *

В мгновение ока на смену лету пришла весна. Так прошел целый год.

— Долгих лет жизни и процветания, ваше величество.