Книга Дыхание дракона, страница 106 – Фонда Ли, Шеннон Ли

Рен подошла к маленькому окошку и выглянула на улицу. Ночь вступила в свои права – прошло уже несколько часов с тех пор, как барабаны возвестили о закрытии городских ворот, – но на улице по-прежнему царило шумное веселье. Повсюду: на фасадах домов и над магазинами, где шла бойкая торговля, – горели факелы. Портшезы и кареты сновали взад-вперед, а с ближайшего ночного рынка доносились запахи уличной еды, напомнив Джуну, что в течение дня он почти ничего не ел. Его не очень мучил голод, но он заставил себя съесть пару пирожков с мясом, приготовленных на гостиничной кухне.

Вечером накануне заключительного дня Турнира Хранителей весь Сичэн был охвачен праздничным оживлением. Большинство обывателей не утруждали себя размышлениями об опасности, грозящей стране, если Кобу станет контролировать Хранителя, а значит, и Свиток. Им не терпелось узнать, кто станет лучшим воином Запада. А то, что в этот раз поединки почти наверняка завершатся смертоносным кровопролитием, делало их еще более захватывающими. На многие годы вперед рассказ о том, что случилось на турнире, обеспечит им популярность среди друзей и родственников.

— Не беспокойтесь обо мне, – сказала Рен. Печально глядя в окно, она размышляла о судьбе отца, попавшего в руки солдафонов Кобу. – У сифу есть друзья в городе – члены Общества безмолвной флейты. Он дал мне инструкции, как их найти, в случае если нас разлучат. Наверное, они уже в курсе случившегося и тоже будут искать меня. Завтра я обращусь к ним за помощью.

Инь выглядел растерянным, но что еще он мог сказать или сделать в такой ситуации? Он, как и Джун, приехал из Чхона, чтобы принять участие в состязаниях, не предполагая, с чем придется столкнуться и каковы будут ставки.

Рен обладала нужной информацией и связями. Джун вспомнил женщину с длинной косой, которая наблюдала за поединками, а позже вышла из комнаты Чанга в гостинице «Золотые ворота». Наверняка она была подругой Чанга и поможет Рен спрятаться.

От этой мысли Джуну стало немного легче на душе.

Рен закрыла ставни и обернулась.

— Нам всем надо поспать.

Хотя оба юноши кивнули в знак согласия, ни один не шелохнулся. Несмотря на усталость, ложиться не хотелось. Утром они разойдутся – каждый своей дорогой – и, возможно, больше никогда не увидятся.

Джун чувствовал, как стальной обод сдавливает сердце в груди, не давая ему дышать.

— Я вернусь в Сичэн, – убежденно заявил он, вскакивая на ноги. – Вернусь и найду Инь Юэ в резиденции Хранителя. Я стану учеником и помогу ему создать новую – его собственную – школу. – Джун изобразил прежнюю самоуверенную ухмылку, еще вчера украшавшую его лицо, когда он был одним из претендентов. – Мы присоединимся к Рен, освободим Чанга, убережем Свиток от Кобу и восстановим мир между Востоком и Западом.

Джун надеялся вызвать у Иня и Рен улыбки, но те лишь кивнули, как обычно делают люди, услышав лживые заверения «Все будет хорошо» или «Дракон милосерден» при виде смертельной раны. И все же они были признательны юноше за попытку пробудить в них надежду.

— Как бы я хотел, чтобы на этот раз ты оказался прав, – проговорил Инь Юэ.

Физическое истощение заставило Джуна на несколько часов провалиться в сон. Он проснулся в полной темноте и несколько долгих мгновений лежал, соображая, где находится; затем разом нахлынули воспоминания о случившемся накануне. Крепко зажмурившись, юноша свернулся клубком и сжал кулаки, как бы отгородившись от всего мира, – вот бы хоть на несколько секунд сделать вид, что ничего не случилось.