Книга Фарфоровая невеста, страница 3 – Соня Золотова

Получилось и вправду нечто особенное. Только совсем не так, как я мечтала.

Сначала кто-то хихикнул за спиной. Потом кто-то спросил, почему я похожа на театральную декорацию. Потом начались шутки. Кто-то сравнил меня с занавеской. Кто-то — с абажуром. А потом смеялись уже почти все.

Даже сейчас, вспоминая это, я чувствовала, как начинают гореть уши.

Особенно больно было потому, что смеялись не только девчонки. Мальчишки тоже. И один из них мне тогда нравился, очень.

Помню, как я стояла возле стены актового зала и делала вид, будто ничего не происходит. Будто мне весело. Будто я тоже смеюсь вместе со всеми. А потом пришла домой и полночи проревела в подушку, пообещав себе больше никогда не выделяться.

Смешно, наверное.

Один вечер. Несколько дурацких шуток. Но после этого что-то внутри меня надломилось.

Я перестала носить яркую одежду. Перестала экспериментировать с внешностью. Перестала привлекать внимание. Научилась сливаться с фоном. Так было безопаснее, гораздо безопаснее.

В университете эта привычка никуда не делась. Наоборот, стала еще сильнее. Я выбирала самые обычные джинсы, самые обычные футболки, самые обычные куртки. Никогда не поднимала руку первой. Никогда не старалась оказаться в центре компании. Если можно было промолчать — молчала. Если можно было остаться незаметной — оставалась.

Иногда мне казалось, что я действительно становлюсь невидимой.

Странное ощущение.

С одной стороны, оно приносило облегчение. Никто не смеется. Никто не обсуждает. Никто не рассматривает тебя с ног до головы.

С другой стороны…

Невидимость работала слишком хорошо. Потому что на невидимых девушек не обращают внимания. С ними не знакомятся. Им не пишут сообщения просто так. Их не зовут гулять после пар. Их не ищут взглядом в аудитории.

Мне и вправду нравились некоторые ребята из группы. Просто хотелось сидеть рядом на лекциях, обсуждать проекты, пить кофе после занятий и болтать обо всякой ерунде. А потом, может, у нас что-то и получилось бы… Например, был Денис с третьего ряда, который постоянно рисовал смешные карикатуры на преподавателей. Или Артем, умеющий объяснить любую задачу по начертательной геометрии так, что ее понимали даже самые отчаявшиеся студенты. Или Максим, который однажды полчаса спорил с преподавателем о том, почему советский модернизм недооценен.

Мне хотелось с ними подружиться. Правда хотелось. Но каждый раз что-то останавливало. Подойти первой? А вдруг помешаю? Написать сообщение? А вдруг покажусь навязчивой? Позвать выпить кофе? А вдруг они согласятся лишь из вежливости?

В голове мгновенно возникали десятки причин ничего не делать.

И я не делала.

А потом смотрела, как они общаются между собой, собираются компаниями после занятий, смеются над какими-то своими шутками, строят планы на выходные. И чувствовала себя человеком, который стоит по другую сторону оконного стекла.

Наверное, самое обидное заключалось в том, что я вовсе не считала себя скучной. Мне нравились книги, фильмы, архитектура, путешествия, рисование, старые здания, городские легенды, необычные кафе и еще тысяча разных вещей. Мне было что рассказать. Было чем поделиться.

Только вот для этого сначала нужно было заговорить.

А я до сих пор боялась. Боялась услышать чужой смех.