Книга Нефритовая лиса, страница 155 – Крис Велрайт

— Сейчас она поёт о любви, — пояснила Белый Лотос. — Потому что ищет себе молодого, романтичного спутника. Хотя, бывает, и старики на такое клюют. Тут как повезёт. Но ты должна помнить: даже здесь, даже в таком положении, у нас есть крохи контроля. Маленький выбор, но он есть.

Ицин слушала, затаив дыхание.

— А о том, что делать, если к тебе привязался не тот, — продолжила Белый Лотос уже на ходу, увлекая Ицин в сторону, — расскажу потом. А сейчас пошли. Посмотришь, как ведут себя девушки у столиков. Это не менее важно, чем сцена.

Они шли медленно вдоль стены, стараясь держаться в тени, чтобы остаться незамеченными. Ицин старательно делала вид, что просто следует за Белым Лотосом, но глаза её постоянно метались — с одной девушки на другую, с одного гостя на другого. Всё было новым, пугающим и завораживающим одновременно.

Белый Лотос чуть заметно кивнула в сторону столика у резного окна с решётчатой вставкой. Там сидели трое мужчин — все в дорогих одеждах с широкими рукавами, явно чиновники. Их лица были гладко выбриты, ногти отполированы — мужчины из хороших домов, привыкшие к уважению. А рядом с ними, на мягкой подушке, сидела девушка в пышном, но не кричащем ханьфу из зелёного шёлка, с золотистыми узорами. На её губах играла мягкая, почти застенчивая улыбка, но в глазах — тёплый огонь. Она не перебивала, не смеялась громко, только чуть склоняла голову, как бы прислушиваясь к каждому слову, кивая в нужных местах и время от времени слегка касаясь руки сидящего ближе к ней.

— У неё уже есть покровитель, — прошептала Белый Лотос, — но это вовсе не означает, что она может позволить себе лениться. Покровитель кормит, да. Но бордель живёт и от вечернего сбора. А ещё… никогда не знаешь, не захочет ли покровитель променять тебя на другую. Так что искусство быть желанной — всегда при тебе.

Ицин молча наблюдала. Та девушка не делала ничего особенного — не пела, не плясала, не играла на цитре. Просто сидела. Просто слушала. Просто касалась — как будто невзначай. Но мужчины были словно загипнотизированы. Они смеялись, смотрели на неё с вожделением и удовольствием, спорили между собой — за её внимание.

— Смотри, как она держит голову, — продолжила Лотос. — Подбородок чуть опущен, взгляд снизу вверх — покорность. Улыбка — не раскрытая, не глупая, но мягкая, будто приглашение. Она всем своим телом говорит: «Я слушаю только тебя. Я думаю только о тебе».

— А если не хочется слушать? — прошептала Ицин, не отрывая глаз от сцены.

— Тогда изображаешь. — Белый Лотос усмехнулась. — Мужчины — как дети. Они верят в то, что хотят услышать. Ты не обязана любить. Ты обязана сделать вид. Главное — помнить: какими бы они ни были, сюда они приходят не за правдой. Они приходят за сказкой. За иллюзией. За вниманием, которого им не хватает. За тем, чего не дают им их жёны. А их жёны — поверь мне — не умеют вести себя в постели. Никто их этому не учит.

Она прищурилась и добавила, почти с нежностью:

— На мой взгляд, это великое упущение… но, с другой стороны, благодаря этому у нас всегда будут клиенты.

— Я научу тебя, как держаться. Как привлечь или, наоборот, оттолкнуть. — Голос Белого Лотоса был мягким, но за этой мягкостью чувствовалась внутренняя сталь. — Время у нас есть до твоего первого выхода.