Книга Лис и Теа. Роквью, страница 129 – Яна Гаврилова

Я никогда не скажу бабушке о том, что после казни Джона Ламберта хотел отказаться от выставки. Хотел раздать все картины, закрыть мастерскую и вернуться к первоначальному плану стать криминалистом.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

— Добрый вечер, – Бостон выныривает из – за угла, с подносом уставленным высокими бокалами, – Хотите шампанского?

— Спасибо, дорогая, – дедушка берет два бокала и один протягивает бабушке.

Бостон убегает в направлении стойки администратора, а уже через мгновение по залу разносится музыка. Музыка, неподходящая для сегодняшнего вечера, но совершенно точно подходящая для меня.

Это «Vivify».

Я стреляю взглядом в Бостон. В ответ она лишь невинно пожимает плечами и возвращается к своей работе.

Выставка официально открывается и на время все душевные терзания отходят на второй план. Я общаюсь с людьми, позволяю им задавать неудобные вопросы и фотографироваться со мной.

Две картины покупает мистер Фог, а еще одну приобретает его жена, чтобы украсить кабинет в своем свадебном агенстве. Приятно иметь почитателей своего творчества в лице успешного миллиардера и его не менее успешной супруги.

Я слышу голос Бостон и поворачиваю голову. Девушка стоит у «несовершенного совершенства», а рядом с ней семейная пара, очевидно мало что смыслящая в искусстве.

Я приближаюсь к ним

— Мы хотим купить эту картину, – произносит мужчина, – Я хочу разместить ее на нашей кухне, чтобы в моменты своих истерик моя жена смотрела на это море и успокаивалась.

Черта с два! Ни за что в жизни я не позволю этой особенной для меня картине, стать антидепрессантом для не контролирующей себя истерички.

Она не заслуживает получить ее.

Бостон бросает на меня изумленный взгляд.

— Прошу прощения, но эта картина не продается, – говорю я, – Вы можете подобрать для себя что – нибудь другое и мы с удовольствием организуем для вас доставку.

— Но…

— Ее уже купили, – к разговору подключается Бостон.

Губы мужчины кривятся.

— Кто?

— Мой отец, – бодро заявляет девушка, – Он стоит вон там.

Бостон кивает головой в сторону своего отца, который занят беседой с дедушкой Александром.

Брови мужчины ползут вверх.

— Вы дочь Алекса Фога?

— Именно так. Если хотите он может подтвердить, что уже купил эту картину немного раньше вас.

— Не надо, – отрезает мужчина, – Мы посмотрим, что – нибудь еще. Идем, Мэри.

Раздраженный мужчина уводит свою жену, и я с облегчением выдыхаю.

— Спасибо.

Усмехнувшись, Бостон прислоняется спиной к стене.

— Знаешь, мой отец очень не любит, когда я лгу. Расскажешь, почему мы так отстаивали именно эту картину?

— Я написал ее вместе с Теей, – признаюсь я, – Я пока не готов с ней расстаться.

— Очевидно, с ними двумя, – Бостон отталкивается от стены и возвращается к работе.

Следующие два часа проходят незаметно. Единственное, что выводит меня из равновесия – это плейлист Бостон. Она нарочно испытывает меня, включая популярные композиции «Vivify».Подпустить ее сегодня к стереосистеме было моей величайшей ошибкой.

— Хватит, – произношу я, одними губами, но все, что я получаю в ответ – лишь самодовольную улыбку.

Еще через два часа выставка заканчивается. Бостон провожает последних посетителей, запирает дверь и возвращается за стойку, чтобы посчитать сколько денег удалось выручить. Почти все мои картины оказались проданы, а значит сумма должна получиться вполне достойная.