Книга Лис и Теа. Роквью, страница 127 – Яна Гаврилова

На входе нас встречает девушка – администратор, на которой практически отсутствуют не тронутые чернилами участки кожи. Во всяком случае той, что мы можем видеть.

Она провожает нас к свободному мастеру.

— Есть идея или хотите посмотреть каталог? – спрашивает мастер обыденным тоном.

Я выжидающе смотрю на Дилана, который достает из кармана сложенный лист бумаги и передает мастеру.

Пока мастер изучает листок, Дилан стягивает с себя футболку и садится на кушетку. Местом для своей первой татуировки мужчина выбирает заднюю поверхность грудной клетки.

— Ты знаешь, что она бросила учебу в колледже? – вопрос Дилана мягко говоря застает меня врасплох, но как ни странно я сразу понимаю о ком он спрашивает.

Я беззвучно киваю.

Конечно, я об этом знал. Бостон сказала мне, когда мы случайно встретились в кафетерии возле кампуса.

— И, что ты об этом думаешь?

Я пожимаю плечами. Снова беззвучно. Образовавшуюся между нами тишину заполняет лишь жужжание тату – машинки.

Мастер приступает к делу, но Дилан будто и не замечает этого. Все его внимание сконцентрировано на мне.

— Я хочу, чтобы она была счастлива, – произношу я, – Она этого заслуживает. Заслуживает того, чтобы в ней видели больше чем просто дочь серийного убийцы.

Я не лгал.

Я правда этого хотел.

— Мне, кажется, ты совершаешь ошибку, – аккуратно говорит Дилан, – Рядом с Теей ты был счастлив.

— Возможно, – отвечаю я, – Но тогда я еще не знал…

— Это ничего не меняет, Лис, – обрывает Дилан, морщась, когда игла тату – машины в очередной раз протыкает его кожу, – И ты это знаешь, но отказываешься, признаться.

— Я не знаю, что тебе сказать, – выдыхаю я, – Моя мама не хотела бы, чтобы я осквернял ее память

Дилан обреченно качает головой.

— Ты не прав, Лис. Теа – нужна тебе. Правда, когда ты будешь готов принять это может быть слишком поздно.

Все это время внутри меня будто происходили военные действия. Сначала мне казалось, что мне просто нужно пережить свою выставку, а дальше жизнь войдет в привычную колею, картины будут проданы, листовки разойдутся, я закончу колледж и полностью погружусь в искусство.

Но сейчас я понимаю, что это обман.

После встречи с Теей многое изменилось и дело совсем не в ее отце. И не в моей маме, если уж на, то пошло.

Дело во мне и в чувствах, которые я продолжаю испытывать.

— Готово, – объявляет мастер, заканчивая трудиться над татуировкой Дилана, – Здорово получилось.

— Можно взглянуть? – спрашиваю я.

Мастер кивает, и я обхожу кушетку, чтобы встать за спиной Дилана.

— Так ты не шутил? – я пораженно таращусь на слова, украшающие тело мужчины.

— Конечно, нет, – отвечает Дилан и я слышу в его голосе улыбку, – Все – таки тебе иногда стоит прислушиваться к тому, что я говорю.

— С ума сойти.

«Тень, что источала свет была в тебе всего прекрасней.

Сияй. Люби. Сквозь боль пылай…Не гасни».

Надпись, написанная Теей, красуется на спине Дилана.

«– Если, когда – нибудь я решусь сделать татуировку, я набью именно их».

Черт возьми, он действительно не шутил.

— Как думаешь, мальчикам понравится?

Я прочищаю горло.

— Без сомнений.

***

— Уверена, что справишься?

Девушка в строгих брюках и элегантной белой блузке стоит в центре зала и испепеляет меня взглядом.

— Ты серьезно, Линмор? Считаешь меня тупицей?

Бостон Фог призывно складывает руки на груди и меня посещает мысль, что возможно я зря во все это ввязался.