Книга Меня не сломать. Развод, страница 80 – Елена Левашова

— Я отвезу тебя домой и, наверное, поеду. Мне нужно еще кое-какие дела уладить. Ты справишься одна? Может, остаться?

— Нет, не нужно, – качаю головой я. – Ты и так сделал для меня больше, чем кто-либо. Спасибо тебе, милый…

— Я тебя никому не отдам, – шепчет он, мягко сжимая мои пальцы. – Позвони Анфисе, пусть заберет Катюшу. Тебе нужно отдохнуть.

Он высаживает меня у ворот, ждет, пока я открою калитку, и уезжает. Дом встречает меня тишиной… Гудит в кухне холодильник, постукивают на окнах жалюзи… Завариваю чай и звоню Анфисе с просьбой забрать Катю вечером из сада и привести домой.

Сил нет даже на то, чтобы принять душ. Допиваю чай, переодеваюсь в старый махровый халат и заваливаюсь в кровать. Когда все это кончится, господи? Проваливаюсь в глубокий сон без сновидений…

Меня вырывает из забытья настойчивый стук в дверь.

Кто это? Лев вернулся? Но он бы позвонил… Стас? Невозможно, он под следствием. Камилла? Еще чего… Вряд ли она так быстро узнала, где я живу?

Плотнее кутаюсь в халат и на цыпочках подхожу к двери, заглядывая в глазок.

На крыльце стоят две женщины. Одна – постарше, элегантная, в дорогом кашемировом пальто, с безупречной укладкой и холодным, оценивающим взглядом. Вторая – девчонка лет двадцати, поразительно похожая на Льва. Высокая, с точеными чертами лица и упрямым изгибом губ.

Стук повторяется, на этот раз еще громче. Только этого мне для полного счастья не хватает!

Я неуверенно поворачиваю ключ в замке.

Мамаша прищуривается, испепеляя меня брезгливым взглядом.

— Ма-ам… – протягивает девчонка. – Так, я и знала, что на дачу бомжи залезут.

— Помолчи, Лера. А вы, собственно, кто такая? – цедит сквозь зубы мамаша.

— Я… Я здесь живу, – отвечаю, пытаясь придать голосу твердости. – А вы?

— Мы хозяева этого дома, – заявляет она с ноткой раздражения в голосе.

— Послушайте… Вам лучше спросить у Льва, а еще…

— Я его бывшая жена, Марина. А это наша дочь, Лера. А теперь вы ответьте, на каком основании вы находитесь в нашем доме?

— Я арендую этот дом, – спокойно отвечаю я, хотя внутри все кипит. Нашем? Она сказала «нашем»?

— Папа сдал наш дом? – вздергивает бровь Лера, оглядывая меня так, словно я диковинная зверушка. – И даже не предупредил?

— Видимо, у него были на то причины, – отвечаю я, скрещивая руки на груди.

— Причины? – усмехается Марина. – У Льва всегда была одна причина что-либо скрывать от нас – необъяснимая тяга к… простушкам. Их так легко жалеть, не правда ли? Давать им кров, решать их проблемы. Вы, я так понимаю, из этой же категории?

Ее острые, унизительные слова бьют, как пощечина. Она пытается выставить меня жалкой, беспомощной, недостойной. Той, кем я была еще несколько месяцев назад.

— Я не нуждаюсь в его жалости, – холодно произношу я. – И, в отличие от некоторых, не цепляюсь за прошлое. Этот дом он сдал мне. И если у вас есть претензии, адресуйте их ему, а не мне.

— Ах ты… – глаза Леры вспыхивают. – Мама, она еще и хамит! Папа точно с ума сошел, если связался с такой.

— Лерочка, не опускайся до ее уровня, – снисходительно бросает Марина. – Послушайте, милочка. Мы приехали сюда отдохнуть на выходные и проведать родственников. Так что будьте добры, соберите свои вещи и освободите помещение. Я такая же владелица этого дома, как и Лев. И я против, чтобы вы здесь находились. Мы всегда приезжали сюда, когда гостили в Питере.