Книга Связанные любовью, страница 144 – Кора Рейли

Джианна похлопала себя по коленям. Я положила на них голову, она начала перебирать пальцами мои волосы, как делала, когда мы были младше. Я закрыла глаза и позволила себе расслабиться под ее прикосновениями. У меня все еще были сестры, а внутри меня рос ребенок. Отныне их любовь будет поддерживать меня. Будет ли этого достаточно? Я не была уверена, но должно было. Джианна начала мурлыкать нежную мелодию, и слезы потекли сквозь мои ресницы. Я подстроилась, бормоча колыбельную, которую иногда пела нам мама.

Она замолчала и напряглась, когда раздались знакомые шаги. Я собралась с духом, прежде чем открыть глаза.

Лука и Маттео стояли во фойе, наблюдая за нами. Лицо Луки было бесстрастным. Он не подпускал меня, как делал это последние несколько недель. Я подняла голову с колен Джианны, подавив желание коснуться ее живота.

— Прости, – сказала я Джианне и поднялась на ноги, затем направилась наверх. Лука не пошел за мной. Он никогда так больше не делал.

ЛУКА

Когда мы с Маттео вошли в гостиную, моя грудь напряглась от представившегося вида. Ария свернулась на диване, положив голову на колени сестры. Джианна перебирала ее светлые волосы. Ария плакала, ее глаза были закрыты, слезы стекали по ее идеальным, но слишком бледным щекаи. Она была такая чертовски бледная!

Джианна застыла, ее взгляд ожесточился, стоило ей заметить меня. Она даже не пыталась скрыть свое презрение. Мне было по хуй, но видеть Арию в таком состоянии было невыносимо. Она медленно открыла свои очаровательные голубые глаза и, когда встретилась со мной взглядом, боль и отчаяние сквозили в них. Блядь! Это было словно удар в живот, даже хуже.

Она села, но ее движения были неуверенными, как будто бы она сомневалась в своих силах, будто бы что-то удерживало ее. Я не мог сказать, что это было, не было никакого шанса прочесть ее, поскольку она опустила голову и поспешила наверх мимо меня. Она избегала меня, и большую часть времени я испытывал от этого облегчение, поскольку ситуация казалась проще, было проще игнорировать ее, проще забыть чувства, которые пробуждала только она.

Когда она потеряла сознание на кухне несколько дней назад, я думал, что сорвусь, а затем, увидев ее на коленях, такую маленькую и отчаявшуюся, я хотел прижать ее к своей груди. Она не была рождена для того, чтобы стоять на коленях, чтобы выглядеть разбитой. Она была королевой!

Всякий раз, когда она была рядом, когда я был вынужден смотреть в ее лицо, мне было трудно сдерживать извинения, которые были готовы сорваться с моих губ. Она предала меня, не в том смысле, в котором я ее обвинил, но, тем не менее, это было предательством. Трижды она действовала за моей спиной ради своих сестер и брата.

Джианна соскочила с дивана и кинулась ко мне.

— Что теперь? – спросил Маттео, но она проигнорировала его и сильно толкнула меня. Я сузил глаза, глядя на нее, но не сдвинулся с места, несмотря на ее горячность. Она сжала руки в кулаки и готова была меня ударить.

Должно быть Маттео тоже это понял, потому что схватил ее за запястья и пробормотал:

— Джианна, возьми себя в руки.

— Взять себя в руки? Он единственный из всех нас, кому следует взять себя в руки, – она стряхнула его руки с себя и хмуро посмотрела на меня. – Не мог бы ты засунуть свою гордость куда подальше и извиниться перед Арией, ты, тупой придурок? Ты все порртишь.