Книга Связанные любовью, страница 147 – Кора Рейли

— Ария, ты боишься меня? – тихо спросил он.

Боялась ли я? Я посмотрела на Луку. Я была испугана в те дни, когда он думал, что я изменила ему, но больше нет. Он не причинил мне боль, когда думал, что я предала его наихудшим способом из всех возможных. Он бы никогда не навредил мне.

— Нет, – уверенно ответила я.

Он двинулся ко мне, его движения были медленными и осторожными. Он явно боялся меня напугать меня, когда он поднял стойку и поставил ее. Он посмотрел мне в глаза, и в его взгляде было столько нежности, что это тронуло мое сердце.

— Мне плевать на боль. Я могу пережить пытки. Но когда я увидел тебя с Данте и подумал, что… – Он замолчал, его лицо исказилось от ненависти. – Я хотел убить тебя, а потом себя, потому что знал, что слишком слаб, чтобы поступить так с тобой.

Вот это логика!

— Мне жаль, что вынудила тебя думать, что ты не можешь доверять мне. Но, Лука, я люблю тебя. Я бы никогда не позволила другому мужчине коснуться себя, никогда бы не предала тебя подобным образом. Никогда.

— Знаю, – тихо ответил он. Он все еще не сократил сохранявшееся между нами расстояние. Может, потому что я до сих пор прикрывалась халатом, будто бы боясь, что он увидит меня обнаженной.

— Ты по-прежнему любишь меня? – спросил он. Выражение его лица было таким беззащитным! В этот момент он не был Доном. Он был моим мужем, мужчиной, которого я любила и который любил меня.

— Конечно, – ответила я. Я не думала, что смогу перестать его любить. – А ты? Ты любишь меня?

Он мрачно рассмеялся и шагнул ближе ко мне, но остановился.

— Я люблю тебя слишком сильно. Это оченб больно. Это убивает меня каждую секунду, которую я провожу не с тобой, каждую секунду, когда я должен притворяться, что не люблю тебя. Ненавижу то, что ты больна из-за меня.

— Я не больна, – запротестовала я.

Он указа на мои ключицы.

— Ты сильно похудела, Ария. Я не слепой.

Я пожала плечами.

— Ничего такого, с чем бы я не смогла справиться.

— Прости меня, – произнес он. Мои глаза расширились. Он никогда прежде не произносил этих слов. Дон не просит прощения и не дарует его. Это был один из уроков его отца, которым он следовал.

Его глаза не были холодными, жесткими или настороженными. Он подпустил меня. Он вернулся. Мой Лука вернулся. Я расплакалась. И он преодолел оставшееся между нами расстояние.

— Ария?

Я посмотрела на него снизу-вверх, в его полные страдания глаза.

— Конечно же, я прощаю тебя, если ты тоже меня простишь.

— Как я могу не простить тебя? – Он взял мое лицо в свои ладони. – Я люблю тебя.

Он наклонился ко мне и нежно поцеловал. Я тонула, а он был моим воздухом. Он был моей жизнью, моей любовью, моим всем. Его поцелуй был таким сладким! Никакого собственничества, только любовь! Я приоткрыла губы и почувствовала его язык. Я скучала по этому, скучала по нему.

Я выронила халат и прижала руки к его груди, чувствуя, как бьется его сердце. Его руки скользнули на мои плечи, затем ниже по моей спине, к ребрам. Так близко от моего животика! Он отстранился.

— Твои ребра, – тихо произнес он. – Ария, тебе нужно есть. Я не дам тебе морить себя голодом. Позволь мне помочь тебе.

Я улыбнулась ему.

— Ты ничего не можешь сделать, Лука.

И конечно же он понял все неправильно. Его лицо исказил первобытный страх.