Книга Янтарное лето, страница 80 – Мидзуки Цудзимура

Норико догадалась, что Мика и остальные живут здесь. Они переехали сюда на то время, пока в Училище устроили летний лагерь для Норико и других детей.

Сейчас внутри были только они двое.

— Так.

Мика принесла белый пластиковый пакет, похожий на тот, в котором обычно носят покупки.

Заглянув в него, Норико обнаружила прокладки. И новую пару трусов. А еще пластиковую косметичку в красную клетку.

— Можно?..

— Ага. У нас такие штуки дают тем, «чье время пришло», и учителя разрешают брать их просто так.

«У нас» – это она, наверное, про девочек из Училища.

— Спасибо, – поблагодарила Норико, взяв у нее пакет.

Потом снова огляделась в полутемной комнате. Неужели девочки, которые жили здесь, тоже обращались к учителям, когда «наступало время», чтобы получить такой же пакет? То есть его им давала не мама, а учительница?

— А где все?

— Помогают ребятам в лагере, готовят еду на завтра, да мало ли еще что, – ответила Мика и взглянула на Норико. – Я предупредила Кэна-сэнсэя. Сегодня помоешься в душе, которым пользуются взрослые. А с завтрашнего дня можешь ходить вместе со всеми. Только в купальню не залезай, просто обмойся в душе, ладно? У нас тут так принято во время месячных.

— Хорошо.

Они ведь с Норико одногодки – и все-таки на Мику можно было положиться.

Мика отвечала так деловито, что Норико до конца не поняла, начались ли уже месячные у нее самой. Впрочем, это неважно, она все равно была уверена, что Мика ее не подведет.

Успокоившись, Норико осознала, что ей снова удалось проникнуть в такое место, куда обычно детям из лагеря путь был заказан.

Пройдя по темному коридору, они оказались у комнаты, из-под двери которой пробивался свет.

Девочки заглянули внутрь. Там оказалось несколько взрослых, одни что-то писали, другие штопали одежду. Комната была большой и чем-то напоминала учительскую в школе. Люди тут собрались разные, включая и довольно пожилых мужчин, и еще совсем молоденьких женщин.

— Мика, что случилось? – спросил один из взрослых.

— Это Норико-тян, она из лагеря. Ей нужно воспользоваться душем.

Она произнесла это так просто, без всяких вежливых формальностей. Взрослые посмотрели на Норико. Похоже, они все поняли даже из этого краткого объяснения.

— О, хорошо, – ответили они и улыбнулись ей.

Она несколько стушевалась перед этими незнакомыми людьми – ни с одним из них она не сталкивалась за время, проведенное в лагере. Наверное, они не из тех учителей, что приезжают с Подножия, скорее живут здесь все время, как Мика и остальные.

— Ой, а эта девочка, часом, не из группы Ямаситы? – поинтересовалась другая женщина.

Норико замялась. Эту фамилию она слышала впервые. Но тут Мика пришла ей на помощь:

— Да, все верно.

— Я так и думала. Поэтому ты, Мика, и привела ее, да?

— Ага.

— Спасибо тебе!

— Не за что! – радостно ответила Мика. – Норико-тян, идем! – добавила она и взяла ее за руку.

Когда они вернулись в темный коридор, пятно света, тянувшееся из учительской, показалось нестерпимо ярким. До девочек донеслись приглушенные голоса.

«Что в итоге с Ямаситой?» «Опять в Учебной комнате. Наверное, до утра там просидит». «Кто-нибудь к ней заходил?» «Ученики с Подножия – такие молодцы!»

Они миновали учительскую и наконец оказались у комнаты с табличкой «Душевые». Стоило шагнуть внутрь, и Норико почувствовала едва уловимый запах сырости.