Книга Ночь в замке, страница 81 – Вероника Генри

— Послушай, это грязная работа, а сейчас холодно. Давай отложим до весны.

Желанием познакомиться с Хьюго и Джерри он, судя по всему, тоже особенно не горел. Она хотела пригласить их на ужин в его последний вечер в шато, чтобы отблагодарить за гостеприимство и помощь.

— Им до смерти хочется с тобой познакомиться.

— А я хочу провести последний вечер только с тобой. Мы даже толком побыть вместе за эту неделю не успели.

Лизмей не хотела напоминать ему, что большую часть недели он провел, запершись у себя в кабинете. Но в последний вечер Пирс был очень мил. Они открыли банку консервированного кассуле и съели его при свечах в кухне, и это было так уютно и атмосферно, что он, кажется, наконец расслабился.

— Мне просто не верится, что время пролетело так быстро, – вздохнул он. – Мне не хочется возвращаться.

— Ты оглянуться не успеешь, как эти три недели пройдут.

Лизмей развернула треугольничек сыра «Сен-Нектер». Она очень стыдилась признаться себе в ужасной мысли: ей хотелось, чтобы он поскорее уехал. Лизмей с трудом продержалась эту неделю. Слава богу, что рядом был Хьюго, всегда готовый ее выслушать. Он проявлял куда больше интереса, чем Пирс.

— Прости, если я вел себя не лучшим образом. У нас пара крупных клиентов пытаются продавить свои условия, и Алистер был недоволен, что я сбегаю с корабля. – Вид у Пирса стал слегка пристыженный. – И как ни неприятно мне это признавать, я чувствую себя чуть-чуть брошенным. Что с моей стороны чертовски инфантильно.

Лизмей охватила волна облегчения и любви, и она укорила себя за черствость и непонимание того, сколько всего сразу на него навалилось. Она слишком многого от него хочет! В следующий раз она возьмет себя в руки и не будет грузить на него все и сразу.

По радио зазвучала их любимая песня Фила Коллинза.

— Иди ко мне, – сказал Пирс, поднимаясь и раскрывая ей объятия.

Она скользнула в них, и они принялись танцевать, как когда-то в кухне их дома в Фулеме, когда начинала играть какая-нибудь романтическая мелодия. Это было прямо как в прошлой жизни, с ними тогдашними, до того, как их мир разлетелся на куски. В его объятиях Лизмей было так тепло и надежно. Она положила голову ему на плечо, и он легонько поцеловал ее в висок. Все будет хорошо. Их брак по-прежнему крепок.

— Может, пойдем наверх? – шепнула она.

Пирс вытянул руку и посмотрел на часы.

— Мысль дельная, – сказал он. – Нам нужно выехать в шесть утра, если я не хочу опоздать на самолет, так что, пожалуй, пора уже на боковую.

Он отошел от нее и, собрав со стола бокалы, понес в раковину. Лизмей осталась в одиночестве стоять посреди кухни. Фил Коллинз продолжал петь. Ну разумеется, им нужно сегодня лечь пораньше.

Когда на следующий день она ехала из аэропорта домой, дождь лил как из ведра. Сквозь лобовое стекло с трудом можно было разглядеть хоть что-то, «дворники» не слишком спасали положение, и, когда она наконец приехала обратно в шато, казалось, что уже смеркается, хотя до вечера было еще далеко. Повсюду царили сырость и полумрак. Никто из рабочих не явился. Даже кухня сегодня как будто отвернулась от нее и была холодной и неприветливой. Она побежала в спальню и увидела, что по стене потоком течет вода.

— Как будет по-французски «протечка»? – проскулила она в телефонную трубку, набрав номер Хьюго.