Книга Ночь в замке, страница 52 – Вероника Генри

— О господи, – сказала Лизмей, морща нос от затхлого запаха.

— Это мелочи, – отмахнулся Пирс. – Мы знаем из результатов обследования, что никаких конструктивных проблем здесь нет. Отопление работает. Нужно просто его включить. И электричество в порядке. Это просто косметика.

— Просто косметика?.. – Лизмей посмотрела на выцветшие обои в главной спальне и, протянув руку, оторвала длинный лоскут. Он отошел практически безо всяких усилий. – А с этой кошмарной мебелью что мы будем делать? Они оставили здесь все ненужное старье. Мы за него ни пенни не выручим.

— Наймем кого-нибудь с фургоном, чтобы все это вывезли, – легкомысленно отмахнулся Пирс. – Вот увидишь, без этого хлама тут все сразу будет выглядеть намного лучше.

Сложность была в том, что они хотели создать в шато менее формальную атмосферу, чтобы гости не испытывали неловкости и не чувствовали себя не в своей тарелке. При этом каким-то образом надо было сохранить его дух. Именно это супруги собирались сделать изюминкой «Ночи в шато».

— Гламурный уют, – сказала Лизмей. – Вот чего я хочу. Никакой чопорности и строгости. Я хочу, чтобы люди могли приехать и расслабиться. Сбросить обувь, плюхнуться на диван и выпить бокал вина. И в то же время я хочу, чтобы они чувствовали себя так, как будто попали в фильм. Чтобы все было очень романтично. Чтобы им казалось, что может произойти что угодно. Что они могут стать кем захотят.

Пирс рассмеялся:

— Хорошая еда и море вина. Вот и все, чего хотят люди.

— Это то, чего хотят мужчины, – согласилась Лизмей. – А женщины хотят чего-то большего. Они хотят оказаться в своей мечте. Ощутить дух шато. Они хотят быть Полиной, ожидающей тайного любовника.

— Серьезно? – шутливо встревожился Пирс. – Ну, наверное, я мог бы играть его роль.

Лизмей захихикала при мысли об этом.

— Не в буквальном смысле. Это образ. Мы должны создать фантазию. Фантазию, в которой не будет места реальной жизни. Мы хотим погрузить их в историю. Они в шато, в самом сердце Люберона, вдали от мира, все их желания исполняет незримая команда слуг, которые предугадывают эти желания еще до того, как они сами успевают их осознать…

— Черт подери! – Пирс явно проникся. – Давай я это запишу. Это же готовый текст для рекламного проспекта.

Лизмей протянула ему блокнот, и он принялся записывать.

— Пастельные тона, – продолжала она. – Кремовый, бледно-желтый и пыльно-голубой. Думаю, это наша палитра. Но с вкраплениями золота, чтобы придать блеска. Чтобы все было легким, воздушным и при этом исподволь говорило о богатстве. И текстура. Позолоченные карнизы с льняными шторами, ниспадающими до пола. Плюшевые кресла и диваны. Гобелены, портреты в полный рост и огромные вазы с цветами. И книги. Резные столики со множеством книг об искусстве, гастрономии и вине… – Она спохватилась, заметив, что Пирс смотрит на нее во все глаза, словно впервые увидел. – Что такое?

— Это звучит просто изумительно, Лиз. По-моему, ты гений.

Она пожала плечами:

— Ну, говорить-то просто. И я боюсь, что это будет очень недешево.

— Не обязательно же делать все сразу. Если мы отремонтируем первый этаж и комнаты на втором, мы сможем открыться и начать получать деньги.

— Ванные, – с дрожью в голосе произнесла Лизмей. – Их надо привести в порядок в первую очередь. Они средневековые. А розовая – это вообще ужас! Кому могло прийти в голову выкрасить ванную в цвет полупереваренной креветки? Нет, их все нужно переделать.