Книга Писатели и лжецы, страница 5 – Кэрол Гудмэн

Косой луч света падает на вазу, выхватывая из тени стрелу в руке Эриды, и мне видится Аника, танцующая с канцелярским ножом.

А порой, думаю я, отворачиваясь от богини, небольшая конкуренция толкает нас на поступки ужасные.

Дома я швыряю приглашение на письменный стол, прямо на незаконченную рукопись романа, которая покоится посреди россыпи разных предметов: пресс-папье из муранского стекла, набор разнокалиберных морских раковин, бесформенный кусок мрамора – музейные экспонаты, следы некой исчезнувшей цивилизации. В конце концов, думаю я, это приглашение утратит свою силу, как все коснувшееся моего стола.

Выходные я провожу на занавешенном балконе, читая очередную книгу Клайва Дэвиса – «Пифагор проходит Лабиринт». Тот самый «автор исторических детективов, который вам так нравится». Только Дженнер немного напутала. На острове со мной был не автор детективов Клайв Дэвис, а его сын – Йен Дэвис. Но она права в том, что мне нравятся его книги. Здесь местом действия служит дворец микенской эпохи, построенный на острове над сложным лабиринтом. В конце первой главы молодую женщину, лежащую на алтаре, на глазах у всех прямо в сердце пронзает стрела. Перед Пифагором стоит задача вычислить точку, из которой была выпущена стрела, и таким образом найти убийцу. Довольно увлекательная головоломка, с диаграммами, картами местности, набором подозрительных типов и живописных пейзажей.

Зачем ехать куда-то на греческий остров, если у меня здесь есть свой?

Но тут мне звонит Диана, мой литературный агент.

Я называю ее своим литературным агентом, хотя она уже много лет не выполняет эту роль. Теперь у нее роль подруги и придиры.

— Ты почту разбирала? Получила письмо? – произносит она скрипучим, как у кинозвезд сороковых годов, голосом.

— Нельзя ли поточнее? У меня тут уйма всякой почты: каталог магазина походной одежды, свежий номер «Нью-Йоркера», вызов в суд как члена жюри присяжных…

— Приглашение на Эрис, – прерывает она мой скорбный перечень. – Аника Грир похвасталась в «Тик-Токе», что ее туда пригласили.

Она подписана на Анику, вот предательница!

— Ты же знаешь, я ушла из соцсетей много лет назад и с тех пор чувствую себя гораздо лучше.

— Да, это адский котел, – соглашается Диана, – но это наш котел, Майя. Я знаю, что в прошлый раз вышло не очень хорошо, но вот он, шанс вернуться в дело. Может быть, твоя подруга замолвит за тебя словечко…

Еще чего не хватало!

— Мне Аргос тоже прислал какое-то письмо… – наконец признаюсь я. – Вон оно, на столе валяется.

Я беру со стола конверт, чтобы убедиться, что я ничего не выдумала, и едва удерживаюсь от соблазна сообщить Диане, что за те два дня, которые это солидное изделие пролежало на столе, оно обзавелось коричневым кружочком от кофейной чашки и пятном от пролитого красного вина.

— Ага, ты тоже получила! Так я и знала! Ну и что там? Аника постеснялась показать, но я полагаю, что это приглашение от Аргоса Александра провести творческий отпуск на его острове с другими избранными авторами.

С другими избранными авторами. От удовольствия быть в числе избранных я чувствую прилив дофамина, но тут же подавляю в себе эту радость. По опыту знаю, какую зависимость вызывает это ощущение и какие жестокие ломки – утрата привилегий.