Книга Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти, страница 74 – Олег Рой, Сергей Давиденко

Шелия поднял голову, неверяще глядя на гестаповца. Затем устремил взгляд на Ильзе, и глаза дипломата потемнели от гнева.

— Лживая тварь! — вырвалось у него. — Все это время ты водила меня за нос?!

Штебе ничего не ответила.

— Что вы можете сказать по поводу показаний Рудольфа фон Шелия? — задал вопрос следователь, переключившись на нее. — Опровергаете ли вы их или подтверждаете? Действительно ли вы платили ему деньги за сведения, которые он предоставлял вам?

— Это так, — кивнула Ильзе. — Я действительно собирала информацию для Москвы, но никакого умысла у меня не было, мне просто были нужны деньги. Три года назад на меня вышел один мужчина, как я потом поняла, это был разведчик-нелегал. Он представился мне Доктором и предложил денег за материалы, касающиеся военных действий. Вот и все.

— Доктор, значит? — недоверчиво хмыкнул следователь. — Странно, но в перехваченных донесениях ни разу не был упомянут этот позывной.

Ильзе пожала плечами.

— Где твой радист? — отрывисто спросил Хабеккер.

— У меня не было радиста.

Он презрительно усмехнулся:

— То есть как не было?

— Всю информацию я передавала в Москву лично, — ответила Штебе.

— Вранье! — заорал гестаповец и стукнул кулаком по столу. — Продолжаем шутить? Где передатчик, шифры?!

— Не знаю, — с бесстрастным видом отозвалась Ильзе. — Вся аппаратура была на Виландштрассе, на моей съемной квартире. Наверное, ее изъяли во время обыска…

Хабеккер так крепко стиснул зубы, что ей показалось, будто она услышала их скрип.

— Откуда велись передачи?!

— Я же объяснила, с Виландштрассе.

Ильзе отвечала на вопросы следователя спокойно и терпеливо, как если бы перед ней был не криминальный советник гестапо, а капризный ребенок, не желающий есть свой завтрак.

— Там были передатчик, шифры и все остальное…

— Опять ложь! — вскричал Хабеккер. У него был такой устрашающий вид, что Шелия невольно отпрянул, трусливо вжав голову в плечи. — На Виландштрассе не было никаких передатчиков! А знаешь почему, Альта? В районе, где ты жила, пеленгаторы не фиксировали работу коротковолновой станции! Теперь дошло до твоих куриных мозгов?! Если не умеешь врать, не начинай! Признавайся!

— Мне больше не в чем признаваться, — обронила Ильзе.

Хабеккер повернулся к стенографисту:

— Все записал?

— Все, — пискнул тот, не поднимая головы от пишущей машинки.

Следователь встал, выйдя из-за стола.

— Я оставлю вас ненадолго, — сказал он, взяв со стола какие-то бумаги. — Думаю, вам есть о чем поговорить.

Как только он удалился, в кабинет шагнул вахтман, который молча встал у двери.

Некоторое время Ильзе и Шелия безмолвно смотрели друг на друга. Штебе хотелось кинуться на дипломата, сидящего по другую сторону стола. Вцепиться в него и трясти, как куклу, крича в бледное, до смерти напуганное лицо. А потом просто спросить: «Почему?!»

Наконец она разлепила губы:

— Если вы думаете, что ваши признания помогут избежать наказания, я должна разочаровать вас. Теперь они не выпустят вас.

В глазах Шелия мелькнул затаенный страх, потом он взял себя в руки.

— Прости, Ильзе, — сказал он без особого сочувствия. — Ты тоже хороша. Столько времени вешала мне лапшу на уши, притворяясь, что работала на англичан! А сама продалась русским коммунистам!

— Сейчас речь не об этом, — возразила она.