Книга Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти, страница 73 – Олег Рой, Сергей Давиденко

Штебе почувствовала, как ее шею сдавил невидимый обруч. О каком чиновнике идет речь?! Неужели о Шелия?! Или Дильс просто ошибся?

Но когда она вошла в кабинет Хабеккера и увидела сидящего за столом Арийца, поняла, что никакой ошибки нет. Дипломат выглядел слегка помятым и невыспавшимся — ясное дело, ночь в камере для такого неженки, как Шелия, являлась самым настоящим стрессом. И хотя выражение его лица было спокойным и уверенным, Ильзе без труда разглядела за этой ширмой страх. Животный первобытный страх, который буквально сочился из каждой поры кожи Шелия.

В свою очередь, арестованный коротко посмотрел на Ильзе и тут же отвел взгляд. Вид исхудавшей, покрытой синяками и запекшейся кровью женщины, которая совсем недавно была его личным секретарем, привел его в неописуемый ужас.

Хабеккер придвинул стул, приглашая Ильзе сесть. Глаза криминального советника сверкали триумфом.

— Сегодня между вами в соответствии с уголовно-процессуальными нормами будет проведена очная ставка, — будничным тоном объявил он и кивнул в сторону человека-тени, сгорбившегося над пишущей машинкой в самом углу. — Каждое слово будет внесено в протокол.

Усевшись на свое место, следователь сказал, глядя на Шелия:

— Представьтесь и назовите фамилию и имя женщины, которая сидит перед вами. Расскажите, какие вас связывают отношения.

Продолжая смотреть куда-то в сторону, дипломат сбивчиво заговорил:

— Первый советник МИДа… Рудольф фон Шелия… Сидящую передо мной женщину зовут Ильзе Штебе, она раньше работала у меня секретарем в министерстве…

Замявшись на мгновенье, он продолжил:

— Она работает на британскую военную разведку, собирает сведения как внешнеполитического характера, так и военного. Ее псевдоним среди других подпольщиков — Альта.

Ильзе показалось, что в ее живот вонзилось лезвие, безжалостно рассекая плоть. Лишь огромным усилием воли она сохранила на лице прежнюю невозмутимость. Пока Шелия подробно рассказывал об их сотрудничестве, Ильзе лихорадочно размышляла:

«Он имел дело только со мной. Ни Кегеля, ни Велькишей Ариец не знает, даже их позывные ему неизвестны. Из всех нас Шелия знает лишь Гернштадта, но тот давно уехал из Германии… Значит, нужно менять тактику».

— Что вы можете пояснить по поводу этой расписки? — голос Хабеккера прозвучал сухо и хлестко, как удар кнута. — Она была обнаружена у советского разведчика, которого арестовали в квартире Ильзе Штебе.

Брови Шелия взметнулись вверх.

— Советского? — переспросил он, сбитый с толку.

— Именно. Отвечайте!

Все с тем же заискивающим видом Шелия принялся рассказывать об очередной встрече с Ильзе, где она передала ему шесть тысяч рейхсмарок.

— Каким был ваш псевдоним?

— Ариец.

Хабеккер театрально закатил глаза:

— Как трогательно. Воистину, будь вы настоящим арийцем, вряд ли сейчас сидели бы в кабинете гестапо…

Шелия выдавил жалкую улыбку и уставился на носки собственных кожаных туфель.

— Я сейчас вас очень удивлю, герр Шелия, — сказал Хабеккер, пристально глядя на арестованного. — Альта, то есть Ильзе Штебе, работала не на англичан, а на советскую военную разведку. Добывая секретные сведения, вы передавали их не британцам, а русским коммунистам. Которых, если я не ошибаюсь, вы терпеть не можете. Вас развели как мальчишку.