Книга Девятый легион: туман мертвых богов, страница 52 – Баграт Мгелия

Они не успели. Существу внутри надоело ждать. Оно почувствовало близость свободы.

— ТРИ! — выдохнул легат сверху. Засовы на дверях вылетели вместе с мясом, вырванные чудовищным ударом изнутри. Грохнуло. Тяжелые дубовые створки отлетели в стороны, как сухие листья на ветру. Двух преторианцев, стоявших ближе всех, смело этим ударом. Одного из них впечатало в ствол ближайшего дерева с такой силой, что его кираса сплющилась, превратив грудную клетку в месиво. Второго отшвырнуло в грязь, сломав позвоночник. Из черного зева повозки, окутанный клубами зловонного пара, вышел Он.

На секунду Северу показалось, что все поле боя замерло. Ацер, до этого яростно грызущий лодыжку очередного мертвеца, вдруг взвизгнул. Огромный пес попятился, поджав хвост, и вжался в ноги Севера так сильно, что едва не сбил центуриона с ног. Животное чутье, не замутненное человеческой логикой, вопило: это не зверь, это не человек, это пустота.

— Фабий... — имя сорвалось с губ Кая, но прозвучало оно как проклятие. Это существо когда-то было человеком. Декурионом, которого Север помнил заносчивым и глупым. Теперь это было чудовище. Его тело раздулось до невероятных размеров. Бледная, почти прозрачная кожа натянулась на буграх неестественных мышц, сквозь неё просвечивали черные вены, по которым текла не кровь, а жидкая тьма. Римский доспех — лорика хамата — вплавился в его плоть. Стальные пластины торчали из кожи, словно чешуя. Но самым ужасным были руки. У твари их было четыре. Две гипертрофированные человеческие конечности, заканчивающиеся когтями, и два костяных отростка, по форме напоминавших серп, вырывающихся из лопаток. Фабий — или то, что от него осталось — поднял голову. Лица не было. Нижняя челюсть отсутствовала, свисая лоскутами кожи, а на горле зияла дыра, издававшая тот самый свистящий звук.

— Твою мать, вот это декурион изменился, — нервно хихикнул Тиберий, сплюнув на землю. — Сильно его потрепало.

Север зашипел сквозь стиснутые зубы. Амулет в его левой руке раскалился, словно угли из кузнечного горна. Боль была резкой, отрезвляющей, но именно она заставила его моргнуть, переключая зрение с обычного на истинное. Мир мгновенно выцвел. Краски грязи и крови исчезли, сменившись черно-белым наброском, сделанным пеплом на грязном снегу. Север быстро скользнул взглядом на Фабия. И едва не пошатнулся. У твари не было нитей. Над гигантской, раздутой тушей не висела магическая паутина. Рогатые не управляли им. Напротив, Север с ужасом увидел, как тонкие ручейки силы текут от них к этому существу. Север прищурился, пытаясь разглядеть суть сквозь искаженную плоть легионера. Там, где у человека должна быть душа или хотя бы магический узел, зияла абсолютная пустота.. Густой, разумный Туман фонтаном бил изнутри его тела. Сквозь полупрозрачную, натянутую до предела кожу было видно, как серая мгла циркулирует по венам вместо крови. «Он не марионетка», — холодная догадка ударила в мозг яснее любого приказа. — «Он — начало. Они не создали монстра, они просто подготовили оболочку». Существо сделало шаг, и реальность вокруг него пошла рябью, как вода от брошенного камня. Он не принадлежал этому миру, он был частью Хозяина Серых Дорог, насильно втиснутым в нашу реальность.

— Он впустил Хозяина в сосуд... — прошептал Север, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом от близости чужого разума. — Это... Воплощение.