Книга Меч света, страница 203 – ГоЛеон

Внутренне я, конечно, испытал эмоциональный всплеск. Но внешне никак не выдал эмоций. Видимо, гном просто увлекся книгами и не в курсе, что́ творится.

— Конечно, позабочусь о вашем деле, – продолжил я спокойно. – Только, знаете, тут… небольшие трудности возникли, и цена выросла. Еще на триста золотых.

— Чего?! Как?! Вор!

Гном аж дернулся, захлебываясь воздухом. Потом прищурился, внимательно глядя на меня:

— Ты это… шутишь, да?

— Шучу, – усмехнулся я, разряжая обстановку. – Вот ваши триста золотых за артефакт, а Гётезар после вчерашней пьянки отсыпается. Он тут, рядом, сами ему передайте что надо.

Гном вмиг просиял, сгреб деньги в ящик стола, достал из-под прилавка небольшой сверток и уже было направился к выходу.

— Еще минуту, – сказал я, перегораживая ему путь. – Мне бы еще к тотему попасть. С друзьями.

Гном снова нахмурился, но уже не ради наживы играя роль, а чтобы глупцам было понятнее и доходчивее.

— Нельзя туда. Смерть там, – сказал он с тяжелым вздохом. И, выдержав паузу, добавил: – Он в комнате за кристаллом. А что там, никто толком не знает. Но все, кто шли, погибли.

Я молча отступил в сторону, давая ему пройти. Хочешь не хочешь, а, если хотим к тотему, придется сначала разобраться с монстром. Или кто там сегодня вместо него.

Я вышел из лавки и неспешно зашагал по каменным улицам, ведущим к нашему временному жилью. Город уже проснулся – не бурно, как человеческие поселения, а с размеренной, деловой суетой. Гномы, будто заводные механизмы, сновали по своим делам: кто‐то тащил корзины с углем, кто‐то катил тележку с инструментами, кто‐то проверял цепи и рельсы у транспортных платформ.

Из глубин подземных улиц доносился приглушенный звон молотов и гул кузниц, будто сама гора мурлыкала себе под нос. Вода в тонких каналах журчала по выточенным в скале желобам, разнося влагу и прохладу по всему городу. Где‐то над головой скрипнула подъемная платформа, и я увидел, как она медленно ползет по массивным цепям вверх, к верхним уровням.

Запах гари, железа и свежего хлеба перемешался в воздухе в странную, но приятную смесь. Торговцы выкладывали на прилавки свои товары: резные изделия из кости и камня, магические безделушки, еду, оружие.

Скоро впереди показался знакомый поворот. Теплый свет, что пробивался из дверного проема, означал одно: мои уже не спят. А виноват во всем, как оказалось, был картограф.

Какими‐то только ему известными тропами он добрался сюда задолго до меня и, разумеется, успел поднять всех на уши. Ему до безумия хотелось повидаться с двоюродным племянником троюродной сестры, и, как нетрудно догадаться, Гётезар не был этому особо рад. Потому и встретил меня с неподдельной радостью.

— Ну все, дядюшка, нам пора. Вон, командир пришел, – поспешно сказал он, надеясь выпроводить родственничка с достоинством, но побыстрее. И, как ни крути, он был прав. Нам действительно пора было собираться.

Через двадцать минут мы уже стояли у вагонетки на площади. Брундир то ли шутя, то ли всерьез уговаривал Гётезара остаться. Говорил, что ему крайне нужна помощь: допить все, что не допили вчера. Или потому, что там мы все умрем, скорее всего. Понимал, конечно, что брат все равно пойдет, но уж слишком хотелось проявить братскую заботу, пусть и в своем гномьем ключе.