Книга Меч света, страница 206 – ГоЛеон

Секунда – и взрыв силы. Он подкинул меня, как пушечное ядро.

Краем глаза я увидел, как красный луч рассек воздух там, где я только что был. Еще мгновение – и я в небе, а внутри меня вскипает ярость.

Это Демоник. Он окутал меня щитом, зарядил силой, как пружину. Я рухнул сверху с мечом, и когда лезвие с визгом вошло в луч, все изменилось. Поток энергии вспыхнул и оборвался, как нить, пережженная вольтом молнии. Я поглотил часть этой силы – или, скорее, Демоник поглотил, а я едва сдержал его. Внутри меня все горело, и я даже начал бояться, что он не справится… Но вспышка прошла, и я приземлился на камни, целый.

Я увидел Гёте и Линель, с двух сторон атакующих монстра. Их удары были мощны, но бесполезны: он почти не чувствовал боли. Но это дало мне ту самую секунду.

Я ринулся вперед, все еще пылая энергией кристалла, и на полном ходу вогнал меч ему в брюхо. Где‐то в глубине я знал: один этот удар ничего бы не решил. Но Демоник… он что‐то сделал с энергией, что впитал. Он заразил ее. И выпустил внутрь.

Сначала монстр вспыхнул черным, мрак заглушил красное свечение, и на мгновение я ощутил: он пустой. Затем – тишина. Свет исчез. И огромная туша, как гора, беззвучно рухнула на камни.

Только тогда я увидел… Тот луч, от которого я так вовремя увернулся, сделал в Донисе дыру размером с футбольный мяч. Демон был мертв.

Ярость постепенно отпускала. Реальность вновь возвращалась в привычные очертания – звуки стали резче, свет стал тише, и я почувствовал, как дышу. Я обернулся. Линель стояла рядом с телом Дониса, а по ее щеке потекла слеза. Гёте, сняв шлем, опустил голову и что‐то бормотал себе под нос. Молчание, пронзительное и живое.

— Да вы чего? – Я растерянно посмотрел на них. – Он же возродится у камня. Скоро мы снова увидимся.

Гёте поднял взгляд – спокойный, но твердый.

— Смерть боевого товарища на поле боя всегда вызывает уважение. И кто мы такие, чтобы игнорировать традицию?

Он говорил тихо, но в его словах было больше стали, чем в любой броне.

— А вот когда возродится, мы и живого поблагодарим, – добавила Линель.

Я стоял, не зная, что сказать. Да и что тут скажешь? Я влип.

— Обязательно, – выдохнул я. – Но потом. Сейчас нам нужно найти тотем и выбираться отсюда.

— А как же Донис?! – возмутилась Линель, шагнув вперед. – Он так же, как и мы, заслужил право увидеть тотем.

Возразить этому было действительно сложно… но Гёте все же попытался:

— Слушай, Линель, я, конечно, все понимаю, но он сам говорил: путь сюда неблизкий. Камень‐то в аду, не рядом. Давай мы лучше у тотема для него сувенир попросим?

Я хотел было согласиться, но вдруг в голову пришла одна мысль. Ясмин. Мы давно ее не видели.

Я использовал магию призыва, и в ту же секунду демоница появилась.

— Здравствуй, Странник, давно не виделись.

Ее голос, будто тонко настроенный инструмент, мурлыкал прямо в уши. Выглядела она неотразимо, как всегда: походка, взгляд, улыбка – все в ней кричало о стиле.

— Здравствуй, Ясмин. – Я подошел, поцеловал ее в щеку и обнял как старого, надежного друга. – Нам нужна твоя помощь.

— Да я смотрю, вы тут и без меня справились, – кивнула она на безжизненного монстра.

— Да это… мы его одной левой… точнее, я… – пробурчал гном, пытаясь казаться героем. Получалось у него неважно, но выглядело это даже забавно.