Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 77 – Элис Нокс

Он поднял левую руку, ту что была свободна, раскрыл ладонь, растопырил пальцы, и магия вспыхнула вокруг него.

Серебристые искры побежали по коже, вверх по руке, в воздух. В нос ударил резкий запах грозы. Озон заполнил лёгкие, волосы на затылке встали дыбом от электричества, что заполняло пространство.

— ПРОЧЬ С ДОРОГИ! — голос взорвался нечеловеческий, полный силы, что заставила каменные стены дрогнуть. — ИЛИ СГОРИТЕ ВСЕ!

Рука взметнулась вверх, к сводам, к небу над ними, и магия хлынула из него — серебристый столп света и силы пробил потолок, камень, крышу и вырвался в ночь.

Небо откликнулось.

Гром обрушился такой мощный, что весь собор содрогнулся до основания, пол подпрыгнул под ногами, я упала на колени и зажала уши руками, но звук пробивался сквозь ладони, вибрировал в костях, в черепе.

Тучи сгустились за мгновение — чёрные, грозовые, тяжёлые — закрыли звёзды, луну и превратили ночь в абсолютную тьму.

И молнии ударили.

Первая пробила крышу над воротами, ослепительная, серебристо-синяя, толщиной с древесный ствол. Свет был таким ярким, что я зажмурилась, но всё равно видела вспышку сквозь веки.

Тела разметало, как щепки на ветру. Крики оборвались. Тишина на секунду — звенящая, оглушающая.

А потом хаос взорвался заново.

Вторая молния. Третья, пятая, десятая.

Они падали непрерывно, превращали неф в поле смерти, где небо убивало, где каждый солдат мог сгореть в следующее мгновение. Дыры в крыше дымились, края почернели и оплавились. Свет молний выхватывал из тьмы картины ада — горящие тела, обугленные доспехи, лица, застывшие в крике.

Теперь пахло жжёным мясом, расплавленным металлом, дымом, — я зажала нос рукавом, но это не помогало, просто давилась и пыталась сдержать тошноту.

Солдаты сломались.

Паника охватила армию мгновенно — они метались, кричали, давили друг друга в попытках добраться до ворот, к выходу, прочь от демона, что призывал молнии с неба.

— ОТСТУПАТЬ! БЕГИТЕ!

— ЭТО НЕ ЧЕЛОВЕК! ДЕМОН!

— СПАСАЙСЯ КТО МОЖЕТ!

Морикай опустил руку, нацелился на отступающих, и губы зашевелились — слова, которых я не расслышала, древние, на языке, которого не знала.

В неф ворвался ураган, ревущий и дикий, сметающий всё на пути. Солдаты летели, как осенние листья, ударялись о стены, колонны, друг о друга. Факелы гасли разом. Тьма поглотила зал, разрываемая только молниями, что продолжали бить.

— БЕЖИМ! — Морикай обернулся и схватил меня за руку. — СЕЙЧАС! ПОКА ОНИ В ПАНИКЕ!

Мы сорвались с места и понеслись к боковому проходу между колонн, туда, где тьма была гуще, где буря не достигала.

Его рука сжимала мою так крепко, что кости хрустели, но я не жаловалась, просто бежала следом, не отставая.

Коридор поглотил нас узкий и задымлённый, но мы мчались вперёд, не сбавляя шага.

Позади грохот продолжался — гром, молнии бьют, крики эхом множатся, — но звуки отдалялись с каждым шагом.

Морикай свернул резко влево и потянул меня за собой.

— Подземелье! — выдохнул он хрипло. — Туннель выведет в лес! За милю от собора!

— Почему мы не можем улететь?! — крикнула я, задыхаясь. — Ты же можешь...

— Не могу, — оборвал он, и в голосе прорезалась боль. — Магия выгорела. Полностью. Буря забрала последнее. А мёртвое крыло... — Он споткнулся, едва удержался. — Оно тянет вниз. Мы упадём, разобьёмся. Бежать — единственный шанс.