Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 133 – Элис Нокс

Что-то внутри меня вспыхнуло.

Ярость. Жгучая, обжигающая, она взорвалась в груди, и я смотрела, как они уходят — он высокий, тёмный, она в алом, прижимается к нему, — и хотелось... хотелось подойти и оторвать её руку.

— Ревнуешь, дорогая?

Голос Дориана у самого уха заставил вздрогнуть. Я резко обернулась.

Он стоял рядом, и на губах играла довольная, знающая усмешка.

— Не притворяйся, — добавил он мягко. — Я вижу. Ты готова убить её взглядом прямо сейчас.

Пауза, и он наклонился ближе.

— Красиво, правда? Ревность. Такая... человечная.

Я сжала челюсти, не ответив, и он тихо рассмеялся.

— Пойдём, — произнёс он. — Покажу тебе твою лошадь. Время не ждёт.

* * *

Тридцать минут пролетели как мгновение.

Я сидела в седле, руки сжимали поводья так сильно, что пальцы онемели, и смотрела на лес — тёмный, густой, деревья стояли стеной.

Там. Где-то там. Люди бегут. Ищут портал.

А я должна их убить.

Рог взорвался над поляной — громкий, пронзительный, он разнёсся под сводами леса, отразился эхом.

— Охота началась! — крикнул Дориан, и голос зазвенел. — В лес!

Фейри взревели, лошади рванули вперёд, и я дёрнула поводья инстинктивно.

Лошадь по кличке Тень сорвалась в галоп.

Мир превратился в размытое пятно — деревья, ветки, листва, — ветер хлестал по лицу, рвал волосы, и я пригнулась ниже к шее лошади, держась изо всех сил.

Дориан скакал рядом, на белом коне, и смеялся — громко, свободно, будто это была просто прогулка.

Лес поглотил нас.

Свет исчез, сменился полумраком, и воздух стал влажным, тяжёлым, пах мхом и гнилыми листьями. Деревья стояли плотно, стволы толстые, покрытые лишайником, и корни вились по земле.

Дориан резко притормозил, поднял руку, и я остановила лошадь рядом, сердце колотилось.

Он спешился легко, бесшумно, и я последовала за ним, ноги подкосились, когда ступила на землю.

— Идём пешком, — бросил он через плечо. — Лошади шумят.

Он повёл лошадь за собой, углубляясь в чащу, и я шла следом, держась за поводья дрожащими руками.

Тишина давила.

Только шорох листвы под ногами, да треск веток где-то вдали.

Дориан остановился у огромного дерева, привязал лошадей и обернулся ко мне.

— Присядь, — произнёс он мягко и указал на поваленный ствол. — Нужно подождать. Дать им разбежаться, уставиться, тогда ловить проще.

Я села на ствол медленно, и он устроился рядом, вытащил фляжку, сделал глоток.

— Хочешь? — протянул мне.

Покачала головой.

Он усмехнулся, убрал фляжку и долго, изучающе смотрел на меня.

— Ты боишься, — произнёс он наконец. — Вижу. Ты дрожишь.

Сжала руки в кулаки, пытаясь скрыть дрожь.

— Я... не хочу убивать.

— Никто не хочет, — ответил он легко. — В первый раз. Потом привыкаешь.

Пауза, и взгляд его скользнул в сторону леса.

— Знаешь, сколько мне было лет, когда я впервые убил?

Я не ответила, и он продолжил сам.

— Восемь. — Голос был мягким, почти мечтательным. — Мой отец устроил охоту. Не на людей, на зверя. Огромный кабан, старый, злой. Он велел мне убить его. Сказал: «Если не убьёшь — я убью тебя».

Он тихо рассмеялся.

— Я думал, он шутит. Но когда промахнулся, отец ударил меня так, что я не вставал три дня. Сказал: «Слабость — смерть. Запомни».

Что-то в его голосе — холодное, пустое — заставило меня посмотреть на него.

— И ты... запомнил? — спросила я тихо.