Книга Ловелас. Том 5, страница 29 – Илья Взоров

— Сьерра-Невада, пара сезонов.

— Ясно. опытный человек. Попробуйте поворот.

Я попробовал. Получилось. Тело вспомнило. Гюнтер кивнул удовлетворённо.

— Можно на зеленый склон. На синий тоже, но осторожно, с контролем скорости!

А тут как раз появился и Хьюз. Весь такой модный, в синих штанах, куртке с оторочкой. И лыжи у него были не как у всех — лаковые, с монограммой на носке.

— Что, Миллер, не испугаешься красного склона?

— Не испугаюсь.

Мы подошли к подъёмнику. Хьюз сел в первое креслице, я во второе. Кресельный подъёмник — медленный, с открытым сидением, на одного — потащил нас вверх. Тонкий трос гудел над нами. Под нами — заснеженный склон с россыпью точек-лыжников, спускающихся на поворотах. Слева — лес, справа — обрыв, дальше за обрывом виднелась ещё одна гора, более крутая, с одиноким лыжником, идущим серпантином сверху.

Через двенадцать минут подъёмник довёз нас на середину горы. Мы спрыгнули, отъехали в сторону.

— Кит. — Хьюз оглянулся на меня. — Сразу скажу — мы не идём по тому маршруту, по которому идут все. Я тебя поведу по своему.

— Фрирайд?

— Вроде того. Это будет полноценная красная трасса с двумя крутыми участками. Если тебе будет страшно — крикни, я остановлюсь. Если упадёшь — лежи, не двигайся, я подъеду. Главное правило в горах — не паниковать.

— Понял.

И мы поехали вниз.

Первые двести метров — плавный спуск, я с лёгкостью держал темп Хьюза. Память помогала, опыт поворотов и контроля скорости тоже был кстати. Карвинг, перекантовки, разгрузка корпуса вверх и вниз — всё это пришло, как будто я не выходил на склон совсем недавно. Деревянные лыжи, конечно, вели себя совсем иначе, чем привычные карбоновые — они дребезжали на каждой неровности и не давали нормального резания канта. Но в общем взрывать пухляки вполне можно было. Помогала еще погода. Мягкий снег, никакого льда или разбитой трассы с горбами.

Второй участок оказался крутой. Угол склона на глаз градусов тридцать. Хьюз пошёл серпантином, я за ним. Тут уже пришлось держал строгий баланс на каждой перекантовке — без него я бы уже два раза упал. Но не упал. Прошёл серпантин чисто. Хьюз оглянулся через плечо и одобрительно кивнул.

Третий участок — снова плавный. Снег пошёл сильнее, видимость упала до пятидесяти метров, очки тут же залепились «белой кашей». Приходилось то и дело протирать. Внизу, в просветах между елями, виднелся сам посёлок Аспена.

Я ехал и думал. Думал я о том, что Хьюз меня поднял сразу на красную трассу не из вежливости — а чтобы проверить, как я держу нагрузку в новой среде. Это часть оценки меня как партнёра. И я обязан был его не разочаровать.

Не разочаровал.

Мы спустились к подножью гор за двадцать минут. Хьюз затормозил у небольшой деревянной будки — здесь продавали горячее какао и грог. Снял шапочку, вытер лоб.

— Кит. — Он посмотрел на меня внимательно. — Сьерра-Невада, говоришь. У тебя там, видимо, был хороший инструктор. Ты катаешься чище, чем я ожидал. Прошёл бы и чёрную, я думаю.

— Спасибо, Говард, но пока черная не для меня.

Надо держать дистанцию! Такой партнер, как Хьюз легко сядет на шею и свесит ноги.

— Двойной грог! — крикнул Говард бармену в будке. — Два двойных. Не жалей, не жалей рому, лей! Пряностей тоже клади больше, оставлю хороших чаевых.