Книга Ловелас. Том 5, страница 26 – Илья Взоров

Мы разместились. Я в отсутствие Хьюза сел во главе стола Сью справа, Рейчел слева. Камилла напротив, между Хеффнером и Хэнком. Хеффнер — рядом с Камиллой, с заметным интересом наблюдая за тем, как она ест.

Я наложил себе яичницы с беконом, кофе с тремя ложками сахара, овсянки в маленькой миске сверху мёда. Голод после пробежки и тренировки был зверский, смел все буквально за минуту.

— Друзья мои. — Я поднял свою чашку кофе. — За первое утро в Аспене. Сегодня мы все катаемся, хотите вы этого или нет…

Народ вяло покивал, энтузиазма нет. Ладно, надо расшевелить. А как? Да просто рассмешить!

— Знаете в чём разница между обычными лыжами и горными? На обычных лыжах палки нужны, чтобы отталкиваться, а на горных — чтобы окружающие знали, на каком расстоянии от вас лучше держаться подальше.

Зайки засмеялись. Потом к ним присоединились Хью и Хэнк.

— Кит, — поинтересовалась Сью, накладывая себе фрукты. — Ты вчера говорил, что катался в Сьерра-Неваде. Это давно было?

— Лет пять назад.

Камилла, накалывая на вилку маленький кубик копчёной семги, мечтательно произнесла:

— А мы сможем сфотографироваться на склоне?

— Не просто сможем, а обязательно это сделаем! — заверил я, вставая и выглядывая в окно. А снег то усилился! Как там говорил Хьюз? Взорвать пухляк? Очень даже сегодня получится.

Только я подумал про Говарда, а вот и он, собственной персоной.

В синем шёлковом халате поверх белой пижамы, в мягких бордовых тапочках, нечёсаный, со слегка отёкшим лицом, с тем особым серо-восковым оттенком кожи, какой бывает у человека после большой дозы кодеина и большой дозы алкоголя одновременно. Глаза в тёмных кругах.

И сразу заним, спустились Шерил и Кристи. Тоже «панды». С кругами под глазами, растрёпанными волосами и таким же заметным восковым цветом лица. Кристи — в зелёном халате, Герил в розовом. Обе с открытыми ртами зевали по очереди и держались за перила лестницы, спускаясь.

Эд тут же принёс Хьюзу двойной кофе, добавил в него на палец «Хеннеси». Говард сделал большой глоток. Закрыл глаза. Открыл их.

И — постепенно, с той странной живучестью, какая у Хьюза была доведена до искусства, — на его лице начал проявляться нормальный цвет, нормальная острота взгляда, нормальная улыбка хозяина.

— Доброе утро, друзья мои. Прошу простить меня за состояние. Оказывается, горы отнимают сил больше, чем казалось вечером. Вы все хорошо отдохнули?

— Отлично, Говард.

— Замечательно.

— Великолепно.

— Тогда у меня объявление. Через полчаса к лоджу подъедет инструктор. Гюнтер Хофер из Берхтесгадена, лучший горнолыжник в Колорадо, он поставит вам технику катания, поможет освоиться на склоне. Дамы, я попрошу вас всех одеться по-лыжному и собраться у крыльца ровно в девять пятнадцать.

— Сегодня — все на гору! — покивал я, сверля глазами помятых заек

Кристи тихо застонала.

— Кит, я не хочу на склон, я хочу спать!

Шерил с другой стороны стола ее поддержала:

— Я тоже. Можно мы попозже?

— Нет! Я хочу присмотреть локации для фотосессии на склоне. Сегодня идет снег, но завтра он закончится и можно будет посниматься.

Где взять тут фотографа, я еще не представлял, но что-нибудь придумаю.

— Отоспитесь в Лос-Анджелесе. Понятно?

Кристи открыла рот, закрыла, посмотрела на Шерил.

Шерил посмотрела на меня.