Книга Семь рыцарей для принцессы, страница 136 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Ну как я тебе? — в сотый раз поинтересовался Берт, от волнения оттягивающего кружевные манжеты, выглядывающие из-под рукавов белоснежного приталенного камзола с золотой отстрочкой. На шее красовался пышный бант, сколотый брошкой с крупным голубым топазом. Точно такой же камешек блестел в новой паре сережек. Иногда Альберт становился хуже самой капризной девчонки, и оттащить его от прилавка не удалось даже их с Рене совместными усилиями. Стипендия за последний месяц улетела в трубу, зато Альберт смотрелся настоящим красавцем.

— Сойдет, — отмахнулся Рене и схватил с крайнего стола вазочку с крохотными глазированными пирожными.

— И все?!

— Ну я пленен твоей красотой и готов затискать тебя в ближайшем углу. Доволен? — Рене шутливо раскланялся и сунул в рот друга, приоткрывшийся для нового вопроса, пирожное. — Или реально нарываешься?

Герман поднес ладонь к лицу, пряча улыбку. Вроде эти двое дурачились как подростки, а былого раздражения уже не вызывали.

Когда накануне к ним в комнату пришел сам Вальтер Гротт, Герман не ждал от него ничего хорошего и не прогадал. Вальтер вытащил Германа в коридор и безапелляционно заявил, что пусть только тот попробует не прийти, и прозрачно намекнул на недавнее нарушение. Возражения не принимались, хотя кто, как не Гротт, должен был понимать его опасения. Оставлять Берта одного было нельзя, и, возможно, Гротт добивался именно этого. Только непонятно, зачем. И вот он здесь, среди шумной многоголосой толпы, разряженной в пух и прах. Пожалуй, только искренняя радость и оживление Берта хоть как-то оправдывали это опасное и глупое мероприятие. Юноша заранее подготовился и заставил подготовиться остальных, хотя Герман сразу предупредил, что не намерен веселиться и танцевать тем более!

— О чем задумался? — вкрадчиво спросил Рене, когда Берт унесся куда-то со счастливым видом, и они остались вдвоем. Мимо продефилировали две смеющиеся девушки с первого потока, обдав парней сладким ароматом духов. Тут бы Рене отстать с глупыми вопросами и устремиться за красотками, но рыжий на них даже не взглянул.

— А о чем, по-твоему, я должен задуматься? — осторожно уточнил Герман. Рене вздернул одну бровь:

— На лице же все написано, — он ухмыльнулся и карикатурно низким голосом пробасил, явно издеваясь. — “Как мне все надоело. Меня окружают идиоты. Хочу в комнату, оставьте меня в покое”. Так ведь?

— Так, — не стал отпираться Герман. Рене не нес угрозы, чаще всего он нес чепуху, но сейчас, похоже, решил поиграть во взрослого. Он приобнял Германа за плечи и наклонился ниже:

— Ты правда уверен в том, что сегодня Дженаро попытается убить красавчика? Мы ведь так не узнали, с кем он встречался.

Герман кивнул. Они уже обсуждали это перед выходом из общежития, хотя даже Гротту Герман не доверил своих подозрений.

— Уверен. Посуди сам, более удачного момента незаметно устранить одного из доброй сотни собравшихся студентов не будет. При удачном для него раскладе, убийца так же успешно скроется с места преступления, затерявшись в толпе.

Рене задумчиво пожевал губу:

— В принципе я с тобой согласен. Будь я на месте потенциального убийцы, не упустил бы такой возможности, как бал. Такая куча непонятного народу, за всеми не уследишь. Обмануть систему пропусков и войти без приглашения, пара пустяков, — и добавил безжалостно. — Сегодня я бы его и грохнул.