Книга Серебряный змей в корнях сосны 3, страница 148 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Наверное, нет, – покаялся Кента. – Объясни мне.

Чиёко стиснула кулачки и вдруг выпалила:

— Вот дурак! Неужели совсем не заметил, что нравишься мне?!

Ее лицо было одновременно и злым, и смущенным, и Кента не находил слов, чтобы нарушить затянувшуюся после такого признания паузу. Чиёко удивила его и сбила с толку. Мысли, наконец-то выстроившиеся по порядку, снова смешались.

— Молчишь, – грустно улыбнулась девушка. – Похоже, я все-таки поспешила, да?

— Чиёко, прости. Это было неожиданно, и я не знаю, что тебе ответить.

Кента хотел быть честен с ней, она этого заслуживала. До ее слов он всерьез не задумался, что заставляло ее раз за разом возникать в его жизни, ему казалось это естественным, как редкое, но приятное общение с Учидой, как дружба с Мадокой, как симпатия к Арате. Чувства к девушкам не задерживались в его сердце всерьез и надолго, оно было занято другими стремлениями. Глядя на то, как мама скучает по отцу, он хотел бы однажды тоже обрести человека, с которым провел бы свои дни до самого последнего вздоха, но никогда еще представлял, с кем бы осуществил эту мечту.

Чиёко хорошая девушка, но…

— Если однажды, когда все закончится, ты захочешь повторить эти слова для меня, – сказал он наконец, – уверен, я найду в себе нужный ответ.

Он раскрыл ладонь, и Чиёко вложила в нее свою.

— Мне нравится твоя прямота, – сказала она с улыбкой.

Ее пальцы были теплыми, Кента сжал их осторожно, надеясь, что она не решит, будто он просто ее жалеет. Другой такой, как Чиёко, он никогда не встречал и едва ли встретит.

— Ай! – Чиёко дернулась, и Кента разжал пальцы. Точнее, попытался, потому что их с девушкой ладони будто приросли друг к другу, и от них по телу начал разливаться жар. Дыхание перехватило, и грудь пронзило острой болью. Кента едва не рухнул на колени. В глазах потемнело, он зажмурился, и в мельтешении красных пятен под опущенными веками ему примерещился преисполненный ненависти взгляд.

Кента не заметил, когда Чиёко все-таки смогла отшатнуться, а он рухнул на колени, невидяще уставившись в землю. Сердце колотилось о ребра, и Кента понял, что боится. До одури боится – и это не его страх. То, что затаилось в нем, испугалось чего-то настолько, что не сумело сдержаться.

— Кента? Кента? – Чиёко не побоялась снова прикоснуться к нему и помочь встать на ноги. – Что произошло?

Их окружили вернувшиеся с той стороны друзья, и Кента нашел взглядом Хизаши.

— Я знаю, – выдохнул он. – Я знаю, как его изгнать.

— Говори.

Кента обернулся к Чиёко.

— Помнишь, ты помогала мне попрощаться с отцом? – Она кивнула. – Ну же, Чиёко-тян, ты тоже должна была догадаться.

Он говорил так, потому что за считанные мгновения до того, как она кинулась к нему на помощь, он будто заново, очень быстро, пережил тот эпизод из пещеры в глубинах Ёми, снова увидел тающий силуэт отца, отблески зеленого пламени на неровных стенах и слова, произнесенные итако напоследок. Странно то, что Кента не помнил, чтобы прежде слышал их. Ему казалось, сказанными под конец душой отца словами было признание в любви к семье, но нет. Что бы ни заставило их с Чиёко стереть это из памяти, оно вернуло воспоминания именно сейчас, когда те были необходимы.

— Да о чем вы? – не выдержал Мадока. Арата тихо шикнул на него, лисица оскалила клыки.