Книга Исетская Академия. Дневники мертвеца, страница 84 – Анна Левин

— Что-то твой помощник расхорохорился! — сказал фамильяр. — Уж не на место главы ведомства метит?

— Естественно, вон как глаза загорелись! Но да он подождет. Дело куда хуже, чем я мог представить: стоило ненадолго отлучиться, как подчиненные вышли из-под контроля! Если император узнает, что я уже полгода как не в курсе событий в Оренбурге, мне несдобровать.

— А зачем утруждать ум нашего правителя лишними знаниями?

Мужчина иронично хмыкнул.

— Конечно, можно сделать вид, что все идет, как задумано, но тогда у него появится новый вопрос: какого черта я задумал такую сложную игру. Я попал меж двух огней, Релия, опасаюсь и в ошибке признаться, и оставить все на самотек.

Однако на то он и был князем, что в его голове прокрутился целый вихрь планов по спасению Оренбурга.

— Что же ты сделаешь?

— Отправлю туда сильнейших магов, но они будут держаться подальше от Академии, пока время не придет. Главное — чтобы никто не узнал о нежити и нашем участии, руки императора должны быть чисты. Только вот мне не дает покоя эта девушка, мадмуазель Ганьон.

— А что с ней? — лукаво спросила Релия.

— Ее пытали на нашей территории.

— В Оренбурге творится много беззакония, тебе ли не знать.

— Конечно, но… Судя по услышанному рассказу, обвинения против нее сфабрикованы, я не верю в ее виновность. Однако она ускользнула, маленькая парижанка перехитрила всех мужчин губернии, как тебе такое?

— Ты же видел папку с ее биографией.

— Да, поэтому и верю в спасение Оренбурга: эта девушка не отступит даже перед нежитью, а каковы женщины в гневе мы с тобой оба знаем!

1 марта 1831 года по Арагонскому календарю

В первый день весны снега выпало больше, чем за предыдущий месяц, но Соланж решительно затянула пояс потуже на широкой шубе, надвинула меховую шапку на лоб, и повернулась к Бунину. Тот надул щеки, сдерживая смех, и заставил ее поменять наряд.

— Ну вот, так ты похожа на щуплого парня, а не на заморского купца.

Ланж скептически осмотрела свой внешний вид, но спорить не стала: хоть она не выглядела сейчас привлекательной девушкой, зато не выделялась, и не привлекала лишнего внимания. Она боролась с собой, и боялась признаться, что ей не хочется предстать перед Буниным в подобном образе, но правда все равно колола ей глаза.

«Ну уж нет, — размышляла она, — влюбилась я в Онежского, и что? Он передал меня в руки мучителей, не поверил, даже оправдаться не дал. Но ведь Иван не отвечает за его ошибки… Ох, как же все сложно с этими чувствами! Был бы мой Гастон сейчас рядом!»

— Готова? — спросил Бунин, и они вышли из юрты.

Данара взволнованно посмотрела им вслед, делая защитный знак рукой.

Спустя несколько часов они прибыли в город, и сразу же направились в веселый трактир. Там было гораздо чище, чем в лесном, где нашли Пантелея, пахло не только выпивкой, но и вкусной едой. Бунин разместился с важным видом, Ланж притворялась его слугой, и они просидели достаточно долго в ожидании нужного человека, наслаждаясь привычными блюдами, такими родными после экзотики казахской кухни!

Но вот в трактир наконец-то ввалился пухлый мужичок, и поспешил заказать горячую кашу. Бунин тут же подсел к нему, сказав, что ищет хороших лошадей, да не знает где купить, и ему посоветовали обратиться к Степану Козельскому.