Книга Исетская Академия. Дневники мертвеца, страница 100 – Анна Левин

В лекарских палатах их появление произвело фурор: раненные маги и прочие защитники Исети расхохотались, увидев всклокоченных студентов верхом на декане факультета. Глеб Рыков вернул людской облик, и метнул убийственные взгляды на весельчаков.

— Господин Онежский! — воскликнула Телена, подбегая к ректору. — Она в плену, мертвецы захватили Соланж.

Смеявшийся секунду назад мужчина подскочил с деревянного стола, не жалея плеча натянул рубашку, и засыпал ведяву вопросами наравне с Иваном Буниным и Ильей Мизинцевым.

— Подождите, вы не знаете главного. Предатель, которого мы искали, это Антон Дробилин, преподаватель плетения вязи.

Декан магов Бунин, осознавший, что его подставил собственный подчиненный, заскрипел зубами от желания скрутить негодяя в бараний рог.

— А помогал ему фамильяр главного библиотекаря, — решительно сказала русалка, глядя в глаза изумленному мужчине. — Я видела ее, ящерку Пиявку: она выманила Соланж, и сдала Дробилину.

Теперь уже зубами скрежетал Мизинцев, понимая, что его собственный фамильяр осквернил между ними связь, а он и не заметил. Какой позор!

— Они в подземелье, я оставила их, чтобы позвать вас, и по дороге едва не попалась Герману Герцогу. Уверена, он спускался к мадмуазель Ганьон.

Ректор не стал демонстрировать эмоций, а просто схватил за плечо ведяву, и подтолкнул к выходу.

— Веди меня к ним.

Оба оставшихся в Академии декана, главный библиотекарь, Бравадин и несколько бойцов отправились с ними вызволять парижанку, но коридор, в котором оборотни десять минут назад бились с мертвецами, уже кишел нежитью. Онежского едва не охватило отчаяние от мысли, что он не успеет, что его любимая девушка снова попадет в руки врага, как и все остальные обитатели замка. Мужчина сжал кулаки, призывая свою магию.

Говорят, загнанный в угол зверь сражается с особой жестокостью, и на этот раз даже хладнокровная ведява испугалась увиденного.

26 марта 1831 года по Арагонскому календарю

— Ланж, Соланж, солнечный ангел, — с бархатной хрипотцой пропел Герцог, глядя на свою пленницу. — Наконец-то все встало на свои места! Вы, — он кивнул мертвецам, — уведите ее.

— Уберите от меня свои руки! — вскричала девушка. — Я лучше погибну, чем стану такой же мерзостью как вы!

Оборотень укоризненно покачал головой.

— Откуда столько предубеждения? Быть мертвым не так уж и плохо. Но да тебе это не грозит, не волнуйся, ты мне нужна живой.

Поняв, что она станет для него зверушкой в клетке, парижанка из последних сил толкнула конвоира, и попыталась сбежать, но второй мертвец с поразительной ловкостью метнулся наперерез, сбивая девушку с ног.

— Опять мы ходим кругами, — с теми же интонациями вздохнул Герман. — Тебе не улететь, птичка, привыкай. Поднимите ее.

Ее резко поставили на ноги. Соланж с омерзением посмотрела на Антона Дробилина, злорадствующую Пиявку, и повернулась к Герцогу.

— Да и на что тебе жаловаться? — с искренним недоумением спросил парень, вытирая кровь с ее лица. — Ты останешься в живых, не всем так сегодня повезет, поверь! Мы уже неплохо проредили бойцов Сухтелена, ранили много ваших магов, а скоро захватим и всю Академию. Смирись, Соланж, ты доблестно сражалась, но там, где есть победители, есть и побежденные. Твоя учесть будет не самой ужасной.