Книга Развод. Ты нас предал, страница 90 – Ольга Игонина

В смысле «практически силой». Еще не было женщины, которую мне надо было уговаривать, манипулировать ею, еще что-то делать. Бред! Каждая сама ко мне прыгала.

Ставлю на паузу. Тут не солодовым нужно закидываться, а корвалолом.

Поехать и придушить суку?

Не могу понять, как поступить, хожу, как загнанный зверь. Тварь! Овца! Будь она проклята!

Получил удар откуда не ждал. А если Альбинка узнает... Конечно, узнает, Алевтина сто процентов поделилась уже ссылками.

Включаю телефон. Миллион сообщений, часть из них уже со ссылками. Говнецом все это попахивает.

Смотрю, как неизвестная машина подъезжает к дому. Фары выключают на подъезде, хотят, чтобы не заметили.

Жду, когда позвонят в дверь. Не звонят. Открываю камеры слежения.

Твою мать. Журналисты. Съемочная группа уже начала снимать дом.

Кажется, пора разгребать все, что привалило.

Альбина

«Мы выиграли еще один день, еще один день малышка будет внутри тебя».

Никогда не думала, что один день может что-то решить. В соседней палате лежит новоиспеченная мамочка, тоже знакомая Светланы Александровны, у нее малыш родился недоношенным. В разговоре она сказала, что если бы еще пара-тройка дней, все могло быть по-другому.

Смотрю на эту девушку, как она каждый час ходит к малышу, носит ему сцеженное молоко. Сочувствую очень и повторить ее подвиг никак не хочу.

Мысленно ставлю себе короб из бетона, перемещаю себя в него, задраиваю все люки, как символ, что все теперь мимо меня, только забота о ребенке.

Телефон убираю подальше. Не надо мне никаких переживаний, если новость должна меня найти, она это сделает из моего вмешательства.

Чем себя занять? Кроссворды не люблю, читать не хочется. Вязать я толком не умею, но чем не время для дочки сотворить маленькие носочки. Надо будет маме написать, чтобы она мне спицы и клубок принесла. Или метрику вышивать буду.

Снова достаю телефон, только для звонка маме. Никаких социальных сетей и лишней информации.

— Альбина, и ты уже в курсе? — мама нервная, голос дрожит — Ты как доченька?

— Что случилось?

Ее нервозность передается мне, начинаю отстукивать ногой ритм.

— Да в здании, где наш офис было возгорание, небольшое. Нас не коснулось. Несколько бригад тушить приехали, в новостях вот показывали. А это даже подъезд не наш. Думаю, вдруг ты в интернете увидела, вот и волнуешься.

— А нет. Мне клубок и спицы или крючок надо, буду рукоделие осваивать.

— К вечеру привезу, — голос стал спокойнее. Нет, для меня это точно не повод, чтобы волноваться.

А сейчас буду аккуратно шаги нахаживать, вальяжно буду переваливаться с ноги на ногу.

На последнем осмотре Светлана разрешила небольшую физическую активность.

У окна толпятся девушки. Толпа беременных похожа на лежбище тюленей, такие же милые. Подхожу к ним, разворачиваюсь. Все смотрят на один телефон, обсуждают.

— И вы прикиньте, она этого Демида по всем падежам просклоняла, так этому подлецу и надо.

Если бы говорили про Сашу или Сережу, велика вероятность, что я бы и не отреагировала. Но в нашем городе Демидов раз-два и обчелся.

Внутренний голос орет и бьется в истерике: «Альбина, это все лишнее. Только дочка!» Но ноги отказываются идти.

— Вы прикиньте, эта Алевтина у подруги отбила этого Демида.

— Да он хорош, я бы такому тоже дала.