Книга Мертвец стучится в двери, страница 82 – Джон Диксон Карр

Атмосфера в комнате изменилась, словно перед грозой, и это почувствовал бы любой посторонний, если бы оказался здесь.

Марк выпрямился, и морщины словно прорезали щеки. Не говоря ни слова, он смотрел куда-то за плечо Джудит и, казалось, прислушивался к тиканью часов. Взгляд его переместился сначала на письмо в правой руке, затем на записи в левой.

— Так вот оно что!

Объяснять, что он имел в виду, не пришлось.

— Ты догадался? – воскликнула Джудит. – Ты понял, как заперли комнату?

— Да.

— И это?.. – Она взглянула на бумаги в его руке.

Марк не ответил. Он поднял голову, и его темные волосы блеснули в свете лампы.

— Это было там?

— Придумка Коллинза? Наверняка сказать нельзя. Но если это его трюк, то, клянусь этим и этим, – Марк поднял руки с бумагами, – наш друг с бакенбардами играл честно.

— Даже в письме к Диккенсу?

— Даже в письме к Диккенсу! С самого начала мертвец бродил у дома и стучал в окна и дверь, требуя, чтобы его впустили.

Даже в ночной тишине они не услышали, как по Харли-лейн, которая когда-то называлась Блю-Руин-лейн, проехал автомобиль. Не услышали и мягких шагов человека, пересекшего открытое пространство, бывшее трактирным двором. Даже звонок в дверь, громкий и настойчивый, не привлек их внимания.

— Нравится ей это или нет, я должен задать несколько вопросов Бренде. Ради ее же безопасности и ее же блага. Я обязан это сделать. Настоять. Так нужно.

— Марк, – уже другим тоном обратилась к нему Джудит, – не делай этого.

Он встряхнулся, как будто только что услышал ее.

— Не делать чего, Джудит?

— Не копай глубже! Пожалуйста!

— Но ведь ты сама настаивала на продолжении расследования? Буквально только что ты требовала…

— Ох, не обращай внимания на мои слова! Ты не понимаешь, на что способна женщина, любая женщина, когда она увлечена мужчиной. Я не могу говорить то, что думаю, потому что получится грубо, но повторяю – не трогай ее. Пожалуйста!

Снова звякнул дверной звонок. В дверь настойчиво постучали.

Окна были открыты, и они отчетливо услышали голос мисс Дороти Хардинг, опытной медсестры, которую пригласил доктор Фил Маракот.

— Миссис Уокер! Если вы не против, миссис Уокер. Будьте добры, откройте дверь!

Дверь открыл Марк.

Мисс Хардинг – в белой форме, с завернутым пузырьком в руке – не стала высказывать то, о чем наверняка подумала, и ограничилась общими словами:

— Добрый вечер, профессор Рутвен. Боюсь, доктор Маракот будет очень огорчен, если вы расстроили миссис Уокер.

— Я тоже был бы огорчен, мисс Хардинг. Миссис Уокер… надеюсь, ей уже лучше?

— Мы надеемся, что ей станет лучше, если она сейчас же поднимется наверх. Спокойной ночи, профессор Рутвен.

— Марк! – вскричала Джудит.

— Миссис Уокер. – Тон медсестры не изменился.

— Марк, не делай этого! Пообещай мне!

— Я не могу этого обещать, Джудит. Ты же знаешь, что не могу.

— Ладно. Может быть, и так. Завтра днем я уезжаю в Ричмонд. Пообещай хотя бы позвонить мне туда, в дом моего шурина, после шести вечера?

— Миссис Уокер!

— И, ради всего святого, не звони из своего дома! Позвони отсюда! Здесь никого не будет, а ключ – под ковриком.

— Миссис Уокер, – повторила медсестра.

Бледная от ярости, Джудит повернулась к ней:

— Да помолчите же вы! Марк! Ты пообещаешь?

— Да, Джудит. Обещаю.

— Спокойной ночи, профессор Рутвен, – сказала мисс Хардинг.