Книга Мертвец стучится в двери, страница 76 – Джон Диксон Карр

— Фелл! Я сделал все, что мог! Когда я впервые позвонил вам в Нью-Йорк, то сказал…

— Вы много чего сказали. А теперь, во имя всего святого, выкладывайте наконец, что у вас на уме. Что, кроме самого убийства, важно для вас в этом деле?

Доктор Кент поджал губы.

— Тот, кого не слишком удачно прозвали шутником из гимнастического зала.

— Вот как?

— Да! Сама мисс Лестрейндж, разумеется, не была «шутником». Версия Тоби Сондерса изначально была абсурдна. Но мисс Лестрейндж узнала, кто на самом деле скрывался под этой маской. В погоне за чужими тайнами она раскрыла единственный по-настоящему страшный секрет, из-за чего ее и убили. Вы же не станете это отрицать?

Доктор Фелл не ответил.

— Я спрашиваю, можете ли вы это отрицать? – настаивал Сэмюэл Кент.

— Я…

— Кто этот шутник, я не знаю. – Доктор Кент поправил очки. – И я не притворялся, будто знаю. Но вы только уведете расследование в сторону, если и дальше будете называть его шутником. Я с самого начала утверждал, что в гимнастическом зале имели место два покушения на убийство. Сначала кто-то пытался убить старого Джорджа Джонсона, а затем молодого Губерта Джонсона. Неужели кто-то до сих пор считает это шуткой? Мисс Лестрейндж убили, потому что она узнала правду. И разве вы, Фелл, уже забыли, что прошлым вечером кто-то швырнул сорокафунтовый гипсовый бюст в голову Джудит Уокер в библиотеке? Миссис Уокер сейчас у себя дома и до сих пор боится рассказать, что так напугало ее потом.

Доктор Кент сложил очки, убрал их в нагрудный карман и кивнул в сторону окон гостиной.

На этих окнах висели бордовые бархатные шторы. Впрочем, задергивали их, по-видимому, редко, вот и сейчас они были разведены. В душной, влажной ночи за открытыми окнами стрекотали кузнечики, а за дорогой виднелись освещенные окна дома Джудит. Оттуда не доносилось ни звука.

— Неужели мне действительно нужно все это объяснять? – раздраженно спросил доктор Кент, когда ни Марк, ни доктор Фелл никак не отреагировали на его выступление. – Черт возьми, Фелл, я думал, вы согласны!

— Кхррум! Ха! Согласен? С чем?

— Со всем! Когда мы были в «Уголке Майка» и Марк вышел поговорить с молодым Чедвиком, вы, как мне показалось, согласились с моей точкой зрения. Вы сказали, что мисс Лестрейндж не была «шутником» в гимнастическом зале и сама бы, вероятно, пришла в ужас от такой мысли. Да, она не возражала, когда о ней сплетничали, и даже тайно проникала в лазарет с Фрэнсисом Чедвиком…

— Лазарет! – воскликнул, перебив его, Марк, и оба доктора повернулись к нему.

— Если то, что вы говорите о Роуз Лестрейндж, – правда, – сказал Марк, – это объясняет все в ее поведении, кроме тайных посещений лазарета.

— Не понимаю… – начал доктор Кент с раздражением, но Марк не дал ему продолжить.

— У нее не было любовников! Так?

— Да, так, – согласился доктор Кент.

— Чедвик часто бывал у нее, пытался добиться ее расположения и – в этом я не сомневаюсь! – пришел в ярость, когда она лишь посмеялась над ним, согласны?

— Извините, я сплетни не разношу! Но, вероятно, так оно и было.

— В таком случае зачем бы ей тайно проникать в лазарет – с Чедвиком или кем бы то ни было? Это же какая-то бессмыслица! Невероятно! Или вы думаете, Джудит Уокер все выдумала?

Сэмюэл Кент уставился на него:

— Вам это миссис Уокер рассказала?