Книга И она поблагодарила богов, страница 100 – Юсси Адлер-Ольсен

Она протянула ему короткое факсимильное сообщение, которое Петер прочитал без всякой радости. Проводив взглядом красное платье секретарши, скрывшееся за дверью, он перевел взгляд на Никки Ландсаат, которая дезориентированно пыталась открыть глаза и осмотреться.

Он заметил ровное биение пульса на ее тонкой шее. Заметил ее неторопливый взгляд, робкую, пробную улыбку и волосы, напоминавшие танец. — Доброе утро. С возвращением домой, пожалуй, — произнес он как можно нейтральнее.

Она очнулась в одно мгновение. Распахнула глаза, сразу поняла, где находится и что должна делать, сгорая от нетерпения поделиться новостями. С горящими глазами и восторгом она принялась описывать первое в своей жизни приключение, заставив его на миг забыть о том, к чему его обязывало содержание факса.

Он снова посмотрел на нее. Она была восхитительно открытой, сидя здесь, посреди высокотехнологичных владений Магды Баккер. Контраст с обстановкой был разительным.

Он позволил ей высказаться. Дал во всех подробностях расписать странный союз мусульманина Хасана Анаса и индуиста Маде Кабибарты, а также их изумление перед сверхлегкой обувью, которую она им всучила.

— О, это было так здорово! — рассмеялась она. — Они никак не могли понять, что не так с этим ботинком. А ведь там просто полый каблук, укрепленный сжатым воздухом.

Ее улыбка кружила голову, но листок факса обжигал Петеру руку. — Да, простое решение редко лежит на поверхности, — пробормотал он и кивнул. Идея о том, что любая обувь может стать легкой, как кроссовки, если закачать в подошву нужные газы, была хороша. И все же иного пути не было.

Ему придется ее уволить.

— Она отказывается уходить. — Линда Якобс стояла в дверях конференц-зала, ведя за собой раскрасневшуюся девочку-курьера.

Все присутствующие уставились на Петера, который отрицательно покачал головой. Женщины удалились. Это могло подождать.

Как водится, первыми подали голос сотрудники отдела маркетинга. — Насколько я понимаю, Никки Ландсаат пыталась умаслить Маде Кабибарту бесплатными поездками, хотя мы прямо запретили ей подобные фокусы, — произнес Ханс Блок, руководитель отдела.

— Да. — Петер заметил, что Роб Слоотс, сидевший на другом конце стола, зашевелился. Он выглядел смущенным — возможно, чувствовал вину за то, что сам не полетел в Джакарту. — И что же сделал Маде Кабибарта? — спросил Слоотс.

— Разумеется, он настучал в «Каказ» через пять минут после того, как Никки Ландсаат вышла из его кабинета. Могу сообщить, что «СофтГоу» уже получила протест от руководства «Каказ».

— Значит, можно считать, что Бенджамин Холден вышел из игры и отозвал банковскую гарантию? — подытожил кто-то другой.

— Нет, пока еще нет, об этом я позаботился.

— Интересно, сколько сейчас времени в Джакарте? — Роб Слоотс выпрямился в кресле. — Около десяти вечера?

Петер кивнул: — Я уже переговорил с Хасаном Анасом. — Роб Слоотс одобрительно выпятил нижнюю губу. — На сегодня с этим делом все.

Никки Ландсаат ждала его в коридоре, и она вовсе не выглядела сломленной. — Я не уйду, пока мне не дадут возможность объясниться еще раз.

Петер посмотрел на девушку. За маской уверенности скрывалось глубокое отчаяние.

— Я делала все так, как мы договаривались, но Маде Кабибарту интересовала исключительно его личная выгода от этой сделки, вот и все. В остальное время казалось, будто он витает где-то в облаках. Поэтому я и вписала в контракт эти бесплатные поездки, другого выхода просто не было.