Книга Сыны Тьмы, страница 279 – Гурав Моханти

I

— Мой царь! Господа! – прокричал Сахадев, перекрывая недоверчивую болтовню, которая с каждым ударом сердца звучала все громче.

По поводу того, кто был старшим из потомков Кауравов, Дурьодхан или Юдхиштир, всегда существовали споры. Рождение Дурьодхана во дворце Хастинапура было засвидетельствовано по царской традиции и задокументировано в архивах. Проблема возникла, когда явилась бывшая царица Кунти, заявившая, что именно ее сын был старшим. Поскольку Юдхиштир родился в лесу и никто не мог этого засвидетельствовать, дата его рождения до сих пор была известна лишь со слов Кунти, повторяемых в сплетнях на кухнях и трактирах. Но заявление Сахадева в открытом судебном заседании наконец подтвердило иск Юдхиштира, и, к сожалению, из-за маневров Шакуни Дурьодхан не присутствовал и не мог защитить себя.

— Некоторые из вас выглядят шокированными моим заявлением, – серьезно сказал Сахадев. – Возможно, это трудно принять, учитывая, что вас годами вводили в заблуждение, что царевич Дурьодхан является старшим царевичем Кауравов. Но мать Кунти – женщина безупречной добродетели и честности. Она, как и подобает послушной жене, сопровождала моего отца в его добровольном изгнании. Она страдала молча. Действительно, в лесу нет ни записей, ни пергаментов, но мать отслеживала течение времени по отметкам, которые она делала на древнем баньяновом дереве, росшем рядом с хижиной, в которой мы родились. У нас есть показания под присягой пяти известных наминов, которые посетили указанное дерево и самостоятельно прочли их. Согласно этим свидетельствам, которые были переданы клеркам, нет никаких сомнений в том, что царевич Юдхиштир на одно лето старше царевича Дурьодхана, – внезапно Сахадев рванул воротник и подал знак стражникам у входа. – Здесь душно. Откройте двери и дайте нам воздуха!

Двери раздвинулись, и ворвавшийся прохладный ветерок принес нарастающий рев, подобный реву толпы на турнире. Шакуни услышал зловещий, несмолкающий речитатив:

– Юдхиштир! Юдхиштир! Юдхиштир!

Имя, прошедшее через тысячи глоток, эхом отразилось от стен Залов Правосудия. Какой умный ублюдок!

Сахадев повернулся обратно к Трибуналу:

— Кажется, люди Хастинапура выбрали своего будущего царя.

— Не они это выбирают, мальчишка! – взревел лорд Пурукуца. Все знали, что он из Черных. – И уж тем более, не ты! Царевич Дурьодхан уже помазан на престол как наследник. Притворяться, что это имущественный спор, было низко даже для тебя, Мадран!

Царь, чье лицо стало бледным, как молоко, серьезно кивнул:

— Боюсь, что господин Пурукуца имеет право так говорить, юноша. Царевич Дурьодхан уже помазан как наследник.

— Ваша светлость, слова Союза таковы: Закон превыше всего.Царевич Дурьодхан был помазан наследником, потому что мой брат предположительно погиб во время поджога в Варнаврате. Довольно поспешно помазан, если можно так выразиться. Но теперь мой брат вернулся, и Закон ясен – трон принадлежит старшему отпрыску Кауравов конкретного поколения, если толькоон не отречется от престола. Закон превыше всего, господа мои! – повторил Сахадев. – И на мгновение прислушайтесь к звукам снаружи. Они уже знают то, в чем мы в этом Зале стесняемся признаться. Было бы неразумно игнорировать мнение людей, не так ли? – Он повернулся к Белому Орлу. – Поддержкой простого народа никогда нельзя пренебрегать, дед, особенно в эти беспокойные времена.