Книга Сыны Тьмы, страница 121 – Гурав Моханти

— Какой в этом смысл? – ответил Нала, перелистывая главу об очередной войне. – Мы творим новые или, скорее, – он как раз прочитал о причинах семнадцатой Ланканской войны, – делаем одни и те же снова и снова.

— Я по-прежнему считаю, что знание истории очень важно. Без этого мы похожи на помидоры, которые не знают, что они фрукты, а не овощи.

— Помидоры – это фрукты? – потрясенно выдохнул Нала.

— Нала? – Ачарья Вьяс медленно повернулся вокруг своей оси.

— Да, ачарья. – Нала, не ожидавший такого внимания, взволнованно вскинул голову.

— Как нардеваки узнают друг друга, когда они неотличимы на вид от смертных?

— Хм… – Нала почесал подбородок, пытаясь вспомнить. Все, что лезло в голову, это то, что нардеваки – наполовину дэвы, наполовину люди. – По запаху? – рискнул предположить он.

Варцин подавил смешок.

— В самом деле, – согласился Вьяс, поглаживая свою трость, как любовницу. – Если бы нардеваки пахли так, как ты, Нала, я уверен, что весь мир узнал бы их. Жаль, что они соблюдали гигиену.

Нала смущенно опустил глаза, а Упави подавил смешок. Он мог бы выкрикнуть что-то в ответ, но знающие люди говорили, что Вьяс связан с царской семьей Хастины, а среди учеников ходило неписаное правило, гласившее, что нельзя связываться с учителями, бывшими членами Комитета по назначению Меру.

— Варцин? – резко спросил Вьяс, вкинув бровь.

— Их кровь, ачарья. Для нетренированного взгляда это не заметно, но с помощью специальной оптики можно увидеть, что она светится зеленым. Другой нардевак или дэв это сразу увидит.

— Возможно, не все из вас безнадежны.

Нала хмуро глянул на Варцина.

— Что? Я должен был ответить неправильно? – пытаясь защититься, возмущенно зашипел Варцин.

— Нет, но ты и не должен был отвечать правильно.

IV

Библиотека Меру была самым большим собранием текстов во всем мире. Ее полки занимали тысячи свитков, пергаментов, книг, дневниковых записей на все мыслимые и немыслимые темы. Там были даже такие редкие книги, как «Саптариши: эпоха надзорного наминизма», «Почему важно рабство: взгляд калинганского пирата» и даже подписанный автором экземпляр «Наги: раненые духи в земле обетованной». Но и эта библиотека, как и любая другая в любом другом учебном заведении, была пуста. Единственным источником света в огромном сводчатом зале служил алхимический фонарь, покачивавшийся над головами двух любопытных юношей, занятых легким ночным чтением.

Один листал страницы «Царей и цариц, которым я бы вырвал глотку» знаменитого путешественника Нар Ад Муни, – и книга эта, несмотря на ее неоднозначность, была довольно неплохим справочником, повествующим об истории происхождения царских родов Союза. Второй исследовал сокрытые тайны мира в Истории Мандал в двадцати пяти открытиях,не обращая внимания на то, был ли мир на то согласен. Символы, вычерченные на страницах книги, были сложными, язык, на котором все было написано, представлял собой драконовую версию санскрита, трудную для понимания. Но это было столь увлекательно, что можно было не обращать внимания на то, что от пыли со страниц чесались и слезились глаза.

— О Мандальенах – заклинателях Мандал – никто не слышал со времен осады Тиранов. Зачем ты роешься? – спросил Варцин.

— Это увлекательно, – ответил Нала, энергично протирая глаза и откидывая прядь темных волос, упавшую на лоб. – Мне в истории нравится только это. Просто подумай! Создание магических знаков из воздуха с помощью Элементалей. Это же такая мощь! Мандальены, должно быть, были Богами.